Тосканская графиня

А теперь… как насчет поцелуя?

– Не много ли сразу хочешь? – засмеялась она.

Еще подростком обнаружив в себе эти особенные силы, Максин рано пустилась в опасные любовные приключения, и их у нее набралось уже немало. Вот и теперь она чувствовала, что, возможно, ее ждет еще одно.

Она наклонилась поближе к собеседнику:

– Что там случилось в Риме, когда я ушла?

– Да ничего особенного. Сделали вид, что у нас вечеринка.

– А как же комендантский час?

– Эльза сказала им, что мы ее гости и останемся до утра.

– А что немцам было нужно?

– Становились в палаццо на постой. Жителям дали час, чтобы собрать вещи и убраться подобру-поздорову.

Она покачала головой:

– Ужасно. И куда же они пошли? Роберто и Эльза уже не молоденькие.

– У них в городе есть друзья.

– Коммунисты? – спросила она и нахмурилась. – Ты тоже коммунист?

– А что, тебя это пугает? – рассмеялся он, глядя ей в глаза.

Она почувствовала, что краснеет.

– Американцы страшно боятся коммунизма, – продолжал Марко. – Но здесь, в сельской местности, нам осточертела такая жизнь, когда всегда всего не хватает.

Когда война кончится и мы победим, все изменится. Нет, конечно, Эльза и Роберто не коммунисты, они интеллигенция. Но мы все стараемся действовать дружно, чтобы изгнать из страны нацистов. Правда, не всегда хорошо получается.

Максин слышала, что немцы уже вошли в кафе; до нее доносились их громкие, властные голоса, их ужасный итальянский, по которому их сразу можно узнать. Ее охватил страх, смешавшийся с недавним возбуждением, но она сдержалась и оглядываться не стала.

Они оба продолжали попивать свои напитки, а затем Марко поднес ее руку к губам.

– А у меня есть комнатка, – сказал он.

– Что-о?

– Как начну вставать, ты тоже вставай, надень кофточку и спокойно выходи на улицу. Я расплачусь и выйду вслед за тобой. Пока будешь ждать, делай вид, что разглядываешь витрину магазина, а потом не торопясь иди к мотоциклу. Я догоню.

– У меня здесь двоюродный брат живет. Я собиралась вернуться к нему.

– В другой раз.

Максин сделала все, что он ей велел, задержавшись лишь для того, чтобы запечатлеть на его щеке поцелуй, прежде чем покинуть кафе. Бармен что-то сказал Марко, и оба громко рассмеялись, но над чем они смеются, Максин не поняла. Возможно, этот человек поздравил Марко с очередной быстрой победой. Но ей было наплевать. Такая жизнь ей нравилась, всегда на краю, по лезвию бритвы, с привкусом грозящей опасности, и всегда никаких обязательств.