Империя. Роман-утопия

Пряльская бросила трусы на примитивное ореховое трюмо и встала перед любовником; из-за очень маленького роста её губы оказались на уровне его ширинки. Тело у Илоны было худое, совершенно мальчишеское. Грудь плоская, с крохотными, будто недосформировавшимися сосками. Крепкая плоская гузка. Кожа светлая, бледная, как у альбиноса, с большим количеством родинок. Часто у князя возникало острое, почти болезненное ощущение, что он совокупляется даже не с подростком, а с ребёнком – хоть он в своё время во избежание неприятностей специально посмотрел её паспорт и точно знал, что Пряльской четверть века; впрочем, это чувство будоражило кровь и придавало утехам с ней волнующую пикантность.

– А что такое «польщён»? – спросила она, расстёгивая партнёру ремень и задрав голову, чтобы видеть его лицо.

– Ты не знаешь значения слова «польстить»?! – округлил синие глаза Гостомысл Алексеевич, глядя на неё сверху вниз.

– Неа, – Илона спустила княжеские джинсы вместе с трусами. – Не слышала ни разу.

– Ты издеваешься?!

– Неа, – она облизнула маленьким коротким языком накрашенные светло-алой помадой губы.

– Есть же какой-то предел безгра…

Но тут князю стало уже не до безграмотности, лексикона и эрудиции маленькой невежественной подруги.

Спальня была обставлена безвкусно, дешево и непритязательно. Собственно, это была даже не спальня, а обычная комната. Раскладная тахта, напротив неё, у стены, трюмо. Два ореховых платяных шкафа, комод для постельного белья.

Они лежали в постели, полуприкрывшись одеялом.

– Как-то очень хорошо сегодня всё получилось, – проверещала Пряльская своим высоким детским голоском.

Гостомысл Алексеевич промолчал.

– Ты так не считаешь, крольчонок?

– По-моему, всё как обычно, – неохотно отозвался Гостомысл Алексеевич, глядя в зеркало трюмо, где отражались он и его инфантильная подруга. Так происходило постоянно – разрядившись, он терял к Пряльской всякий интерес. В постели Илона была горяча и неистова, но в остальном…

Отец Илоны, дождьгородский мещанин, держал молочную лавку, где она и работала – бухгалтером и продавщицей.

Она была убого образована (даже не окончила гимназию), удручающе неначитанна, и, что уж греха таить – откровенно глупа. Всё свободное время она отдавала просмотру роликов на РуКране. Кроме того, эта белокурая дурочка почти во всём раздражала Понурова, можно сказать – бесила. Порой князь даже недоумевал: зачем он продолжает отношения с нею?..