Грустные размышления об ушедшей эпохе

А заодно и этакого бесславного рода, бессмысленно вторящих всему тому заученному энтузиастов революционных  вакханалий, которых весьма явно поболее уж всего  ослепило именно суровое сияние, что весьма вот крайне сурово исходило от всех тех несокрушимо бесценных, однако, при всем том до чего совсем неестественно обезличенных истин.

И разве то непонятно, кому – это именно еще оказалось и впрямь-то под силу со всею большою страстью хрустально чистой души действительно поверить всему тому неистово пустозвонному кликушеству.

И это как раз, поэтому все те никак не злокозненные, а прежде всего, исключительно так бескорыстные разрушители всего того старинного, барского и холопского уклада разом и устремились до чего решительно распахать плугом идей всю ту необъятную целину ничуть с ходу вовсе так непроходимого, да и всасывающего, словно трясина общечеловеческого невежества.

А чего это вообще от них можно было, собственно, еще тогда ожидать?

Разве были они способны на разумный, читай раннехристианский подход в смысле вящей терпимости, а также и благодушия к людям, что вовсе-то не осознают саму сущность всяческих безапелляционных требований по весьма наглядному улучшению всей той безбрежно же сколь обыденно суровой и вовсе вот никогда в России и близко не изменяющейся действительности?

Ну а, кроме того, никто из них никак совсем не жаждал вовсе  никаких (благих?) перемен…

Да только понять ли это…

Нет уж, на что-либо подобное представители современного агностического ума были никак и близко совсем не способны, поскольку было им нисколько совсем не видать за отдельными деревьями славных благих убеждений целого леса общечеловеческого тупого невежества.

А между тем на той самой «опушке», кое-кому и довелось столь весьма старательно обосновать все те тезисы, которые более чем неизменно базировались никак не на знании, а прежде всего на воинственном всеядном всезнайстве.

Но только зачем это вообще видеть всю ту довольно-то подчас совсем невзрачную действительность, если кому-то как есть, до конца явно этак всегда более чем неизменно  хватает и ее вполне верно и надежно отмытой проезжей части.

И это как раз именно, поэтому некоторые яркие и блистательные личности сколь еще отчаянно и заболотили весь тот путь, по которому и следовало вести всегда совсем же пассивные, да и как есть более чем агрессивно собственнические массы простого народа.