Грустные размышления об ушедшей эпохе

Зато до чего радостно и светло им было от всего того невероятного возвышенного сияния, что как то кое-кому беспрестанно казалось, само исходило от необъятно толстых фолиантов, созданных усердной слепотой самого различного рода теоретиков, что столь усердно корпели в библиотеках над трудами древнейших философов, а также и своих ближайших предшественников.

…и надо же, именно как раз оттуда и изымали они все те до чего ярко на солнце сверкающие блики своего блестяще-ярчайшего нового мира.

Причем то было бы вполне надлежащим делом, да и, кстати, безупречно естественным, кабы, конечно, никто и близко не собирался излишне скверно спешить, наскоро одевая в белый саван всю чисто рядом с ним безбедно так пока существующую современность того ныне исключительно бывшего 19-го, да и самого начала 20-го столетия.

А между тем тот весьма  самонадеянно самоуправствующий и более чем донельзя вот ретроградно правящий порядок в каких-либо действительно довольно же резких и более чем немыслимо долгожданных положительных улучшениях…

Нет, вряд ли, что он в том хоть сколько-то поболее нуждался, нежели чем некий тяжелобольной и вправду имел нужду в тех-то самых весьма ведь пресловутых белых тапочках.

И никакие идеалистические (не заземленные) принципы и близко не помогут переменить всю ту от века повседневно сложившуюся действительность хоть чуточку к чему-либо хоть сколько-то, как есть донельзя так всецело наилучшему.

Все те ярые зачинатели подобных заранее гибельных и безнадежно вот обреченных на неуспех общественных преобразований, либо попросту все как один сгинут в сплошном бездеятельном популизме, либо, что лишь окажется несоизмеримо хуже, будут они наспех беспардонно отодвинуты в сторону яростными сторонниками захвата власти любой ценой и буквально под любым «благим» предлогом.

И, кстати, вот еще, что все те так и витающие в облаках собственных благодушных мечтаний яростные доброжелатели всего рода людского были весьма удивительно схожи со всеми теми, кто был вполне «героически готов» с величайшей радостью и живостью поживиться за чужим столом, только на этот раз в чисто духовном смысле.

А кроме того, и все те нескончаемо бурные дебаты о более чем никак несомненной, и столь безотлагательной надобности самой еще спешной перекройки всего того всегдашне вот помимо нас уж существующего мироздания и создают великое множество всевозможных и всяческих сладострастно воспевающих насилие фанатиков.