Офицеры

 – Он поклялся бородой пророка, что казнит тебя самой мучительной смертью.

Варавва невозмутимо поклонился и спокойно сказал:

– Моггабит-хан пока жив и здоров. Но если вы попытаетесь атаковать нас, мой командир пристрелит его без суда. Так мне приказано передать, и вы знаете слово моего командира.

Керим перевел. Затем медленно и солидно заговорил по-русски полный басмач:

– Джигиты не должны угрожать друг другу. Джигиты должны уважать друг друга. Мы уважаем слово вашего начальника и не будем отбивать Моггабит-хана.

– Обмен? – Варавва сразу перестал улыбаться.

– Мы предлагаем обменять курбаши на молодую жену нового командира. Это хороший обмен: мы предлагаем две жизни за одну.

– Я должен посоветоваться.

– Мы согласны ждать до вечернего намаза.

– Нет, – решительно сказал Иван. – До утреннего намаза.

Опять что-то страстно закричал Илляз-бек. Но ни полный басмач, ни переводчик не стали его переводить.

– Хорошо, мы ждем до утра, – сказал полный. – Но с первым криком муэдзина мы вынем неверного гаденыша из грешной утробы его матери, джигит.

Басмачи вдруг круто развернули коней и мгновенно скрылись за барханом.

– Я не могу взять этого на свою совесть! – выкрикнул Иван.

Канцелярия. Здесь – Варавва, командир эскадрона. В углу, сгорбившись, – потерянный Алексей.

– Что же ты предлагаешь? – тихо спросил комэск.

– Отбить!

– У нас – триста сабель, у Илляз-бека – раза в три больше. Думать надо, Варавва.

– Ничего не надо, – с глухим отчаянием сказал вдруг Алексей. – Нельзя отдавать курбаши, нельзя. Мы не можем, не имеем права. Это не выход.

– Выход, – вздохнул комэск, доставая деревянный портсигар. – Закуривайте. Сама женщина уйти не могла, значит, кто-то ее увел. А увести мог только тот, кого она считала своим.

Все молча курят. Думают.

– Керим, – размышляя, не очень уверенно сказал Иван. – Керим вчера неточно переводил, Георгий Петрович. Мелочь, конечно.

– Любопытная мелочь, – карандаш командира эскадрона пополз по лежащей перед ним на столе карте-трехверстке.

– За ворота не выскочишь – басмачи кругом, – вздохнул Иван. – А ночи ждать – не успеем.

– Не выскочишь, это верно, – сказал комэск, что-то прикидывая. – Не выскочишь… А вот если выскользнуть… Позови старшину, Иван. И пусть заберет халат у курбаши. Халат, пояс, чалму.