Красная пыль

 – Выбирай выражения!

– Ах, да! Простите, многоуважаемый аристократ с сорока пятью именами и фамилиями. Куда уж мне, безродной хилой сучке с дурными мозгами и плохим выговором! – рыжая пигалица совершенно карикатурно отвесила поклон, мазнув по Рашу своей невероятной пружинящей шевелюрой. – Я уже ухожу, но позвольте мне еще один ма-а-аленький, банальнейший вопросик, сделайте милость!

– Валяй, – разрешил он и немного отошел в сторону, но Арманда тут же подскочила ближе.

– Вопросик простой, ты справишься.

А если… – она подобралась совсем вплотную, почти прижимая к перилам, и схватила его цепкой ручкой за сорочку. – Если мне вдруг очень понравится цвет твоей крови, а?! Ты вскроешь себе парочку вен?

– Да, – быстро, серьезно и не раздумывая ответил Раш.

* * *

Спящая Арманда была прикрыта больше своими длинными, уже опавшими кудрями, чем простынкой. Солнечный луч осторожно коснулся ее пушистого рыжего затылка, и в комнате словно пролетела сияющая Огневица.

Раш поставил кружку на комод и подошел ближе, продолжая рассматривать ее и любоваться.

– Ох! – в уже просыпающейся рыжей голове видимо промелькнули какие-то беспокойные мысли, и Арманда резко села на постели, подхватывая одеяло и заворачиваясь в него по маковку. – Ох! – стыдливо повторила она уже из укрытия.

– Поздно, я уже все видел, – улыбнулся Раш, присаживаясь на кровать рядом со страдалицей. – Ты очень красивая. Очень. Вылезай, хватит прятаться.

– Я… я обычно так не делаю, правда! – убежденно заявила она из-под одеяла.

 – Не набрасываюсь, не лезу целоваться, не занимаюсь сумасшедшим сексом всю ночь напролет, и… вообще, знаешь, я сплошное «не».

– Не общаешься, не разговариваешь, не просишь помощи, не смотришь в мою сторону, да-а-а, – Глава Полиса перечислил все ее оплошности, подтверждая. – Сплошное «не», все верно.

Арманда отбросила одеяло и посмотрела на него грозно:

– Я не хочу, чтобы ты думал после, будто я… не думай, что…

– Успокойся уже! – улыбнулся Раш. – Не думаю.

Рядом с тобой я вообще ни о чем не думаю. Не могу думать. Так и хожу полным идиотом, – он подобрал с пола сброшенную ночью подушку и улегся на бок, поближе к притихшей Арманде.

От нее хорошо пахло – диким цветущим лугом, солнечным лесом, теплыми летними сумерками. Она вся была какой-то сводящей с ума дурман-травой. Сопротивляться ей было бесполезно и даже смешно.

Арманда потянула с него через голову легкую рубашку и Раш приподнялся, помогая ей снимать.