Честь и доблесть

По обе стороны чёрно-белого подъёмного бревна несли дежурство французские солдаты-пограничники и вооружённые люксембуржцы. Хотя отношения между Францией и герцогством не были враждебными, но за пересечение границы взималась плата.

Наши пограничники подняли алебарды, приветствовав гвардейцев короля, а мы салютовали шпагами.

Гастон подошёл к люксембуржцам, показал сопроводительное письмо и отчитал то количество монет, что последние затребовали. Полосатый шлагбаум подняли, и наш отряд пересёк границу. Люксембуржцы казались физически покрепче наших пограничников и выглядели более суровыми.

Мы проехали небольшое селение и нас атаковала целая свора местных крупных собак. Мне пришлось израсходовать ещё одну петарду, чтобы они отстали…

Дорога снова пошла по лесу, и на подъём. Деревья здесь были выше, но росли реже. Начали попадаться высокие ели.

Вдруг передняя карета остановилась, и из неё вышла Беатрис.

– У меня только что было нехорошее видение, – сказала она.

– Что ты имеешь в виду? – спросила Лексия.

– Я только что видела вооружённых мужчин в этом лесу; они прячутся за деревьями.

– И сколько их?

– Я видела не менее двадцати человек. Они наблюдали за дорогой, но может быть и больше…

– Они вооружены?

– Да. Они очень здоровые. У них палицы и арбалеты…

К словам Беатрис нельзя было отнестись без должного внимания…

Гастон остановил отряд и приказал одеть конные латы на лошадей запряжённых в кареты.

Даймонд и Лемиэль спешились и надели свои тяжёлые рыцарские доспехи.

В скорое нападение поверили все, и в то, что это будет не лёгкая стычка, что произошла на территории французского королевства, а нечто более опасное…

– Они могут не стрелять в лошадей, а только в нас, – сказал Гастон.

– А могут и наоборот, сначала завалить лошадей; тогда им легче будет разделаться с нами, – сказала Лексия.

– В этом случае, разбойников будет не так много, – заметил Мариус.

– Это так, – подтвердил Гастон, – но если мы лишимся лошадей, тогда точно провалим всё дело, и вряд ли отстоим свои жизни… По словам Беатрис, в нас могут прицельно выпустить залпом два десятка арбалетных болтов… Какие будут предложения?

– Если разбойников больше двух десятков, то надо прорываться с боем.