Честь и доблесть

"Почему я должен быть непременно при шпаге?" – думал я.

Словно читая мои мысли, Гастон сказал:

– Ты поймёшь потом, почему нужна шпага…

– У меня найдётся что продать, – сказал я, ювелиры есть в городе?

– Конечно есть, – оживился сержант, – бери, что хотел, и поехали в торговые ряды… Твой мешок никто не тронет… у нас благородные рыцари…

Я поднялся к себе, одел рюкзак на плечи, не внимая словам Гастона, и вышел во двор.

Сержант уже подводил мою смирную лошадь, точнее коня.

Гастон достал из своих больших карманов морковку и протянул мне.

– Его зовут Пилигрим, дай ему, он просит.

Но не успел я этого сделать, как Пилигрим взял своё сам…

Мы выехали за железную решётку замка графа Бернарда Дебюсси. Охранники салютовали нам шпагами…

– Нам нужно на правый берег, – сказал Гастон, – на рынок Шампо.

Проехав несколько улиц, мы приблизились к мосту.

– Остров Нотр – Дам, наша краса и гордость – Собор Парижской Богоматери, Нотр-Дам-де-Пари! – сказал Гастон возвышая голос и показывая рукой по левую сторону моста.

Я увидел удивительно красивое и воздушное сооружение, наполовину скрытое утренним туманом. Этот собор, казалось, спустился с небес…

Охранники были у моста, но не обращали на нас внимание.

Мы поехали вдоль правого берега.

Мы ехали по вымощенной булыжником площади. Попадались редкие экипажи.

– Женщины у нас в одиночку не ходят – много грабителей и насильников, – сказал Гастон.

Очень скоро перед нами открылся большой крытый рынок.

– Нам нужен ювелир, – сказал я.

Гастон остановился на минуту, что-то вспоминая, и тронулся в левом направлении от центрального входа.

Мы подъехали к ювелирному ряду. Здесь, в изобилии были развешаны перстни на проволоке, броши, браслеты, колье, дамские кинжалы с драгоценными камнями…

Продавцы начали нам улыбаться и расхваливать свой товар и свои цены.

Гастон спешился у самой большой и богатой по ассортименту лавки.