Илья-богатырь

 – Все войны, – говорили монахи, – страшны тем, что ведутся за правое дело!

Владимир всюду говорил и рассылал гонцов с вестью, что идет наказать братоубийцу. И это его утверждение было притягательно всем язычникам, почитавшим месть долгом и верной службой богам. Потому большая часть дружинников склонялась к Владимиру. Дружина Ярополка истаяла настолько, что он не смог выйти против Владимира за стены, затворившись в Киеве.

Владимир понял, что Киев ему штурмом не взять, а сидеть долго под стенами, осаждая столицу, он не мог – деньги кончались, нужно было платить войску или распускать его.

Ярополка окружали несколько разноплеменных дружин. Дружина малая варягов-христиан, дружина конных печенегов под командованием хана Ильдея и большая дружина славян-язычников под командой воеводы Блуда.

Вот к нему-то и обратился Владимир. Тайный лазутчик через дружинников-язычников передал воеводе Блуду послание:

«Будь мне другом! Если убью брата моего, то буду почитать тебя как отца родного и честь большую получишь от меня; не я ведь начал убивать братьев, но он.

Блуд согласился на предательство. Но не мог совершить его сам и в Киеве, потому что большая часть горожан была за Ярополка. И Киев сдавать Владимиру они не собирались, зная, что будет с городом, когда вернутся туда обезумевшие от победы варяги.

Подолгу стоя на киевских стенах рядом с князем, Блуд уговаривал его тайно уйти из Киева, так как дружина ненадежна и горожане, опасаясь погрома, попытаются откупиться от Владимира головою Ярополка.

Ярополк смотрел на огни костров войска Владимира и слушал вполслуха слова воеводы. Отсеченный от киевлян дружиною, он не знал, чего хотят они и куда клонятся.

Когда Блуд сообщил ему, что киевляне просят Владимира войти в Киев, он – поверил. Ночью, спустившись к Днепру на нескольких стругах, ушел к Родне, где был небольшой, но хорошо укрепленный замок. Было ли послание от Киева к Владимиру? Было! Но писал его Блуд, требуя скорейшего штурма, так как чувствовал, что киевляне, истомленные осадой, начинают роптать и могут сами ополчиться на пришельцев в защиту князя Ярополка.

Их ожесточение против Владимира было таково, что он поспешил вывести из Киева варяжскую дружину, чтобы не допустить грабежа и побоища.

Он боялся восстания горожан против язычников-варягов.

Ярополк затворился в Родне, которая не была приготовлена к осаде, и вскоре в ней начался жесточайший голод.