Казачьи сказки

Зацепилась пуля за вершину, обмоталась вокруг ствола. Казак дерево потянул-потянул, до веток добрался да и пригнул ствол через пропасть. Взвалил на плечи тюк с драгоценностями, переполз по дереву на ту сторону, а там и тропка отыскалась, через день в долину спустился.

В долине казачий пост стоит, казаки границу стерегут. Те самые казаки, к которым он шел. Накормили его казаки, напоили, стали расспрашивать, как он пропал, да где странствовал. Парень рассказал, показал тюк с драгоценностями. Казаки говорят:

– Что ж нам тебе не верить! Мы эту рогатую птицу знаем! Она над нами часто летает.

– А что ж вы ее не убьете?

– А зачем? Она нас не трогает! Приказа убивать ее не было. Эдак мы станем палить, куда не попадя – скоро на земле одни камни да песок останутся.

Урядник говорит:

– Ты, паря, не больно рассиживайся. Там тебя купцы дожидаются. Помрут ведь ни за что, ни про что. На тебе грех. Казачьей чести урон.

Растолковали ему, как до Китайского царства добраться, дали верблюда для поклажи, припасов воды, пуль да пороха.

Напоследок посмотрели камни драгоценные.

– Чего от них люди с ума сходят? Ни вида в них, ни пользы. Ну, блестят. Так с этого блеску сыт не будешь. Ну, их к бесу! Отдай китайцам от греха, а то им богдыхан за потерю головы поснимает. У них это быстро!

Простился казак со своими, повесил на шею пулю отцовскую и поехал купцов искать. Дня через три нашел. У китайцев от радости ажник речь отнялась. Глядят на него, руками охлопывают, а сказать ничего не могут.

Поначалу-то думали, что он оборотень! Видели, как его птица рогатая унесла, уже по нем и отходную отслужили, а он вот – живой стоит. А как достал он пропавшие драгоценности, так купцы перед ним на колени попадали. Не то он волшебник, не то святой.

– Да какой я волшебник, – парень отнекивается, – мне вот пуля отцовская помогла.

Через месяц привел казак караван в Китай, в целости и сохранности.

В Китае народу полным полно. Все кричат, все бегают.

Бабы в штанах, а мужики с косами. Ну, да это казаку не в диковину – он китайцев и прежде видал – в Верной крепости: меха, которые с отцом промышляли, китайским купцам продавали.

Как они в китайский город въехали – набежала тут народу тьма-тьмущая, вся купеческая родня, все знакомые. Уж они казака расхваливали, благодарили, его от стыда в жар бросало. «Да что вы, – говорит, – право слово, мне совестно! Ну, вывел из пустыни и вывел, на то я и казак».