Жребий вечности

– А вы в этом уверены, мой штурмбаннфюрер?

– В чем?

– Ну, в том, что наш оригинал, то есть Ева Браун, проникнута фанатичной верой в фюрера?

– Вы хотите сделать заявление для службы безопасности СС? Обладаете фактами?

– Чисто женская интуиция.

– Или ревность. Как у тех ариек, которые бросаются буквально под колеса лимузина фюрера с криками: «Фюрер, я хочу родить от вас сына! Подарите мне истинного арийца!» и так далее, в том же духе.

Лилия Фройнштаг едва заметно улыбнулась, однако Скорцени так и не понял, что именно скрывается за этой глубокомысленной ухмылкой.

– Не надейтесь, мой штурмбаннфюрер, – это ее «мой штурмбаннфюрер» звучало как-то по-особому призывно, словно команда генерала, бросающего свои полки на штурм очередной крепости, – исповеди в духе фанатичной арийки не последует.

– Это облегчает мою собственную участь.

– Не спешите облегченно вздыхать, ибо то, что вы сейчас услышите, может несказанно удивить вас.

– Опасно шутите, Фройнштаг.

– Опасно, согласна. Но не шучу.

– Неужели?

– Не ради хвастовства. Просто так, к слову пришлось. Поэтому можете верить.

– Вот уж не ожидал услышать нечто подобное! – осипшим голосом проговорил Скорцени.

– Извлекайте из этого урок: никогда не провоцируйте любимую женщину на какие бы то ни было откровения! Никогда не делайте этого.

Скорцени нервно подергал своей искореженной шрамом левой щекой, как это делал всегда, когда попадал в неловкое положение, и промолчал.

– Вот только я вам о просьбе фюрера никогда не говорила, – запоздало всполошилась Лилия Фройнштаг. – И подробностей от меня не ждите, – скороговоркой изымала эту тему из их разговора. – А что касается Альбины Крайдер, то уж поверьте мне, мой штурмбаннфюрер: если бы мы могли поменять оригинал и копию фюрер-Евы местами, от этого выиграли бы все: и фюрер, и все его окружение, а возможно, и вся Германия.

– Взять и подменить Еву Браун ее двойником Альбиной Крайдер?

– Уверена: Германия получила бы совершенно иного фюрера. И очень скоро поняла бы, кто же действительно правит рейхом. Причем все остальные, кто сегодня пытается управлять действиями и ходом мыслей Гитлера, в течение месяца были бы избавлены от этих хлопот.