Жребий вечности

Но я хочу, чтобы в этой стране все знали, что я желаю летать на ракете, а не на метле!

– Но не я и не Мария Воттэ, – срывается теперь уже Зиверс, – виновны в том, что на метле у вас получится скорее и лучше, чем на ракете, наш дорогой ФАУст-Барон! Так что вы уж извините!

– Странные вы люди! – говорит им вслед обер-диверсант рейха, не заботясь о том, чтобы эти двое чернокнижников действительно услышали его. – Мы присутствовали на сеансе связи с Высшими Неизвестными. Получая возможность убедиться, что такая связь в самом деле существует, что это не фокус и не шарлатанство – как в этом пытаются убедить нас некоторые церковники и… просто яростные отрицатели.

4

…Впав в мечтательное полузабытье, фельдмаршал Роммель как-то не заметил, когда на каменистом плато, на кострище догорающего дня и на фоне выжженного поднебесья неожиданно начал материализовываться миражеподобный силуэт верблюда. Еще одного!

Они врывались в поток сознания завоевателя Египта подобно явлению небес, и, заинтригованный эти бредовым видением, Роммель даже приподнялся в своем гамаке, пытаясь убедиться, что ему действительно не померещилось.

Нет, ему не померещилось: там, на неосязаемой грани между миражным видением и призрачной реальностью, действительно зарождался небольшой караван. Неизвестно откуда прибывший и куда направляющийся, он чинно вышагивал по ничейной полосе, по смертельному, огненному лезвию войны, символизируя собой абсолютное презрение не только караванщиков, но и всего народа, самой этой страны, – к обоим завоевателям, их мечтаниям и амбициям.

Возможно, что он и в самом деле зарождался из глубины веков пустынным преданием предков, освящал своим пришествием современность и непознанной загадкой уходил в вечность. Всадники, мерно покачивавшиеся на спинах животных, представали всего лишь тенями своих предков, духами пустыни, восставшими в одном из ее неистребимых миражей.

«А ведь вполне может случиться так, что когда-нибудь, в ХХII столетии, в этой пустыне станут появляться миражи, воссоздающие колонны твоих солдат и твои танковые клинья. И лишь самые отпетые знатоки истории решатся предполагать, что это из погибельного мрака столетий, из страны мертвых, приходят к своим потомкам дивизии, погубленные в египетских песках неким германским фельдмаршалом Роммелем.