Абу Нувас

Хасан принялся грызть миндаль, а Валиба, залпом выпив протянутую хозяином чашу, крикнул:

– Оставь мальчика, лучше спой нам что-нибудь новое! Ясмин взяла лютню и, сильно ударив по струнам, начала:

– Я буду обходить семь раз вокруг дома моей любимой,

А не вокруг Каабы,

Ведь паломники, обходящие Каабу, похожи на ослов, крутящих жернов…

Ее хозяин, Яхья, вскочил на ноги:

– Что это за песня? Где ты ее слышала? Клянусь Аллахом, она может стоить мне головы! Я знаю немало людей, которых казнили за меньшее! Если еще раз споешь что-нибудь подобное, я убью тебя или велю продать на невольничьем рынке, хоть ты и стоила мне десять тысяч дирхемов!

– Не волнуйся, здесь нет чужих людей, – успокоил его Валиба.

 – Мы хорошо знаем друг друга, а мальчик ничего не понял, да к тому же он сейчас дремлет.

Все посмотрели на мальчика. Хасан наклонился и закрыл глаза. Но он не спал. Хотя у него кружилась голова от музыки и стихов, он понял, о чем шла речь в песне. «Они решат, что я на них донесу, и убьют», – испугался он, как только услышал первую строку, и быстро зажмурился.

Пусть лучше думают, что он спит. Абу Исхак не раз говорил ему: «В этой жизни не обойдешься без хитрости. “Кто прост, того унижают, а кто всем верит, того обижают”. Это всем известная пословица. Не будь слишком прост, не то пропадешь».

Успокоившись, Яхья приказал Ясмин петь из-за занавеси, и она, покорно поднявшись, ушла и исполняла песни, только которые ей называли. Хасану стало скучно, и он несколько раз приподнимался, чтобы незаметно для хозяина уйти.

Но мальчик боялся, что слуги Яхьи, которые не видели, как он входил вместе с остальными, подумают, что он вор, и побьют, а то и отдадут стражникам.

Но тут Валиба поднялся и произнес:

– А теперь послушайте новые стихи, которые я написал только вчера.

Он стал декламировать. Уставший Хасан не запомнил их, но они поразили его своей легкостью. Стихи звучали совсем не так, как чеканные строки Имруулькайса и других древних, в них речь шла о вине, веселых собутыльниках, они были написаны простыми словами, которые употреблялись в обыденной речи.

Забыв обо всем, Хасан широко открыл глаза и не отрывал взгляда от поэта. Наконец тот заметил, как внимательно слушает его мальчик, и, прервав чтение, неожиданно спросил его:

– А тебе нравится?

– Да, – не задумываясь ответил Хасан. – Это не такие стихи, которые я слышал от сказителей, но они тоже очень хорошие и, главное, простые.

– Что значит простые? – недоуменно спросил Валиба.