Кровь Меровингов

Никто не осмеливался теперь приблизиться первым к бездыханным телам.

Ворон решился. Осматривая оборотней, он наклонился и поднял какой-то предмет.

– Зуб! – торжественно произнес он, протягивая его Луизе. – Пусть он будет у тебя, госпожа. Если сила оборотней заключена в этом зубе, тогда он станет талисманом, охраняющим тебя от злых чар.

– Ты совсем сбрендил, Ворон? – рассердился Жан, отстраняя его руку от сестры. – Это зуб оборотня, а он сам есть зло!

– Я возьму его, – с этими словами Луиза выхватила зуб и положила себе в карман.

Жан нахмурился, но возражать не стал. Луиза прислушалась. Сзади, сбоку, отовсюду чудилось постороннее дыхание. Ощутив спиной пристальный взгляд, она обернулась и всмотрелась в темноту леса. Меч на поясе зашептал. Луиза испытала непреодолимое желание последовать туда. Она медленно пошла в ту сторону, где чувствовала присутствие некой силы.

– Луиза, ты куда? – крикнул Жан. – Не ходи! Вернись!

– Стой на месте! – грубо приказала она, боясь, как бы он опять не помешал.

Продвигаясь вперед к краю лощины, Луиза точно знала направление. Неотвратимое и манящее притяжение опасности силилось с каждой секундой. Так чувствует его человек, наклоняясь над пропастью с горного уступа. Все ниже и ниже, и… срывается вниз. Еще несколько шагов, и она остановилась.

Холм ограждал вход из лощины. Блеклый туман стелился по ногам, вновь перетекая в лощину из леса. Последний из оборотней перемахнул через край холма и очутился рядом. Луиза подняла меч, готовая отразить нападение.

«Ну, давай! Нападай же!» – Луиза смотрела ему в глаза. Древнее заклятье замерло на губах.

Густая черная шерсть на груди вздымалась. Оборотень алкал отмщенья. Несколько секунд повисли тягостным ожиданием. Воздух стал вязким. Луиза с поднятым мечом и оборотень стояли друг напротив друга. Кто дрогнет первым? Кто даст слабину?

Вновь послышался из болота шелест теней.

Луиза ничего не замечала. До нее доносился запах волчьей шерсти и приглушенное рычание. Она слышала, как его когти вонзаются в землю, подрезают корни растений. Оборотень медлил.

Нахлынуло странное чувство. Забыла она о смерти. Не помышляла об убийстве. Глаза оборотня перестали сверкать огнем.