Кровь Меровингов

Стар он был очень и слаб, денно и нощно болели его кости, но кланялся старик до земли.

Псы покатились под ноги к Ральфу, заливаясь лаем. Выбежавшие мальчишки зашикали на собак и отогнали их, для верности запустив в них камнями. Одетые в лохмотья, перепачканные грязью и сажей, они подбежали к наезднице, приветствуя ее и посматривая на добытую лису, притороченную к седлу. Луиза спешилась, перекинула повод и взяла коня под удила.

Слепенький мальчик лет шести, маленький и худой, приведенный за руку братом, робко приблизился к Луизе.

Обнял ее за ногу. Прижался и заурчал как котейка. Луиза нежно погладила его русые волосы.

– А где Ворон? – оглядывая детей, спросила Луиза.

Вперед вышел мальчуган бойкого вида. Губа его, разбитая в недавней драке, еще кровоточила. Пыльный и всклокоченный, он обстоятельно пояснил:

– Ворон ушел в лес за лозами для корзин. Еще утром.

Луиза отвязала лису, достала зайца и бросила свою добычу на траву.

– Мартин, придется тебе заняться похлебкой, – обратилась она к драчуну.

 – Да посудину побольше найди, чтобы на всех хватило. Я, признаться, умираю с голода. Вот еще возьми, тут хлеб, немного сыра и соль.

Мартин быстро поволок провизию к большому плоскому валуну.

– Сегодня будет пир!

– Ого! Знатно поужинаем!

– Хвала Святой Деве, что послала тебе добычу, госпожа!

Грязные и веселые рожицы довольно улыбались. Вечно голодные серые, карие, голубые глазенки детей сверкали.

Луиза устало улыбнулась и зевнула несколько раз.

Мальчишки сразу принялись за дело.

Мартин, подражая Ворону, который был у них за главного, покрикивал на других и отдавал распоряжения подручным не хуже графского повара Муасси.

– Мясо! Мясо! – бормотал слепенький.

Ему редко удавалось поесть нормально. Старшие сестры и братья отнимали еду. А он даже и пожаловаться не знал на кого. Родители жалели. Отец не наказывал. Мать иногда подкармливала. Бывало, украдкой сунет то корку хлеба, то кочерыжку от капусты. А он проглотит это вмиг, не жуя.

Старается быстрее съесть, пока не отобрали.

Еле волоча ноги, Луиза побрела к росшей неподалеку старой наполовину иссохшей яблоне. Бог весть сколько лет прожившая, яблоня пестрела разукрашенной лишайниками бугристой корой. Плоды же давала малые, кисло-горькие, с налетом парши, только лесным свиньям на корм. Мальчишки порывались наесться ими, но животы подхватывало так, что вскоре они оставили свои попытки. Яблоки впредь оставались висеть нетронутыми.