Раскаты

Армия и флот – незыблемые опоры нашего могущества, которые из века в век испытывались на прочность штыками, ятаганами, пушками; но каждый раз двуглавый орел ломал и корежил вражеское оружие. Доблесть наших знаменосцев – Ушакова, Нахимова, Суворова, Кутузова – приносила нам победу и мир. Я хочу выпить за всех, кто сейчас, обливаясь кровью и потом, двигает нашу суровую и беспощадную военную машину – вперед, к победе! Я верю – Андреевский флаг взвеется над Тихим океаном, а красный дракон забьется в ужасе и страхе перед нашей мощью! За мир и счастье!

– За мир и счастье! – подхватили все, и опустошили бокалы.

– Великие слова – мир и счастье, – негромко заговорил отец Маслова. – Дожить бы нам до этого момента…

– Мы никуда не денемся, Геннадий Кириллович, – уверенно сказал Камский.

– Отец боится, что не увидит младшего сына, – пояснил Маслов. – Я и сам волнуюсь не меньше. Владимир – хороший врач, и после войны у него будет хорошая работа.

– Лишь бы он остался цел и невредим, – Геннадий Кириллович скромно перекрестился.

– Моя сестра тоже молится, – сказал Камский. – Каждую неделю она отправляется в храм. Она носит кольцо твоего брата, Петр Геннадьевич, не снимая.

Мужчины посмотрели на его сестру. Та, утирая редкие слезы, шепталась о чем-то с близнецами.

– Она сказала мне, что если он разлюбит ее или не вернется, то она уйдет в монастырь, – добавил Камский.

– Да, вот она, любовь до гроба… – задумчиво проговорил Геннадий Кириллович. – Но что мы все о мрачном? У нас ведь ужин, а не поминки.

– Согласен. Поминать заранее – плохая примета, – сказал Маслов.

– Тогда давайте перейдем к другому. Петр Геннадьевич, – Камский откинулся на стул. По тону его голоса Маслов понял, что тема будет весьма щекотливая. – Ты читал последние газеты?

– Смотря какие. А что?

– «Хроники Петербурга», за вчерашнее число, напечатали очень интересную статью про твоего начальника.

– Арцыбашев мне не начальник, – задетый за живое, прохладным тоном подметил Маслов. – Он хирург, а я его ассистент.

– Так ассистент или младший хирург? – уточнил Камский.

– Не имеет значения. Что за статья? – спросил Маслов.

– Про девушку, которая якобы выбросилась из «Астории». Решила покончить с жизнью, на почве предательской любви.

– О боже! – Зинаида, ничего не знавшая, тревожно посмотрела на Камского.