Раскаты

То ли дело цирк? Молодые артистки, музыка, овации…

– …а еще вонь от нечищеных клеток и вечная дорога по России-матушке, – добавил Журов.

– Я рад, что вы впечатлены, господа, – вставил Марков, – но хочу напомнить вам, что мой редактор запретил ее печатать.

– Твой редактор – не мой редактор, – ответил Журов. – Он печатает все, что я приношу.

– Знаешь, а ведь и мне в альманах нужно что-то особое, – вмешался Филев. – Места для октября еще свободны, так что я могу поместить эту статейку у себя.

– Замечательно, – от радости Марков осушил свой бокал до дна и закурил.

– Очень смешно, – сказал Журов. Филев вяло похлопал и добавил:

– Присоединяюсь.

– Ну, господа, – смущенно улыбаясь, сказал Марков. – Вы же сами оценили труд и стиль…

– Стиль дрянной, бульварный, – проговорил Филев. – Десять, и не больше.

– Ох, – Марков взял листки и собрался встать, как вдруг Журов подал голос:

– Пятнадцать.

– Пятнадцать? – удивленно выдавил Филев. – Ты с ума сошел?

– Почему же? Просто напился, – Журов широко улыбнулся, но выглядел вполне серьезным. – Она тебе понравилась, Филев? Вижу по глазам, что понравилась. Не бойся – ее сначала в моих «Хрониках» отпечатают, а потом я продам ее тебе в альманах. За двадцать пять.

– Ты с ума сошел!.. – зашептал Филев. – Точно, сумасшедший…

– И ты ее купишь, как миленький, – продолжая улыбаться, сказал Журов.

– Антон, я дам тридцать, – обратился Филев к Маркову. – Давай сюда статью.

Глаза Маркова блеснули от радости – ровно столько, сколько хотел выручить! Он уже отдал было листки в руки Филеву, но вдруг остановился:

– Подожди.

– Что такое?! – Филев почти взвыл от нетерпения. – Больше не дам! Никто не даст!

– Да дело не в этом. Твой альманах когда выходит?

– В конце декабря, а что?

Марков положил статью перед Журовым:

– Пятнадцать, здесь и сейчас.

– Без проблем, – Журов полез за бумажником.

– Что?! – воскликнул ошарашенный Филев. – Почему?!

– Статья должна выйти завтра, а не в декабре, – пояснил Марков. – Понимаешь, Филев? Это горячий материал, и его должны читать сейчас, а не в конце года.

– Вот! Сразу видно – наш человек, – Журов передал деньги и пожал Маркову руку. – Знает, о чем говорит.