КАЗАЧЬЯ ДОЛЯ. Первый чеченский след

Они друга моего покалечили, за это я их порубил на куски, – со злобой сказал Богдан.

–Спасибо тебе, казак, ты нашу работу сделал. Что Пономарю передать?

–Я так и думал, что вы хорошие разбойники. Привет от … друзей служивых.

Богдан не стал говорить свое имя, чтобы его не сочли за болтуна.

–Ну, прощевайте, живы будем – свидимся.

Бородатый подошел поближе к Богдану:

–Друг, ты передай там, кому следует, что горцы с турками большую силу собирают, скоро ударят. С артиллерией идут.

–Откуда знаешь?

–Человек наш у них есть, да и следим мы за всеми их передвижениями.

–Спасибо на добром слове. Прощайте.

–Прощай, казак. Дай бог тебе всего.

Богдан развернул коня и поскакал. Проезжая мимо костра, остановился. Огонь еще горел. Конь нервно дергался, было понятно, что на запах пришли волки. Их не видно, но конь уже учуял. Богдан отпустил поводья, и конь сам его понес по знакомой ему дороге, поднимая столб пыли.

Стемнело. У ворот его поджидал Остап, он тревожно смотрел ему в глаза, взглядом спрашивая результат его поездки.

–Все хорошо. Убил и сжег.

–Собакам – собачья смерть, – сказал Остап.

Из темноты к нам подошел полковник.

–Кузьмин, ты где был?

Богдан опустил голову и молчал. За полковником подошел Семкин.

–Казак, ты меня плохо слышишь? Я спросил: ты где был?

–Ваше благородие, я вам не хочу врать, а правды сказать не могу.

Полковник подошел к коню, взял револьверы, понюхал стволы. Потом подошел поближе и в упор смотрел на Богдана, но уже, казалось, не злым взглядом.

–Сергей Александрович, снимите караул у Абрамова.

–Да, но…

– Что – но, майор? Думаете, куда он ездил? Из револьверов по воронам стрелял?

–Так ты что, Хряка убил? – с улыбкой во весь рот спросил Семкин.

Богдан, не зная, как себя вести, просто молчал.

–Ну, что, майор, нам с ним делать?

–Урядника ему дадим. Я думаю, заслужил.

–Майор, вы разговариваете с низшими чинами!

–Я, Аркадий Степаныч, с такими казаками в любой бой, на любого врага пойду.

–Делай, что хочешь, – махнув рукой, сказал полковник и пошел спать.

–Ну, Кузьмин, порадовал ты меня. Только скажи точно: он здесь больше не появится?

Богдан молча покачал головой.

–Ну, молодец, такого хряка завалил. – Семкин говорил, как будто про кабана, даже не про человека. Это, наверно, потому, что не был Хряк человеком, и много он горя сделал людям. И если бы он доехал до Тифлиса, и полковнику, и майору, тоже пришлось бы плохо.

– Молодец, такого Хряка завалил.