Золото келе

Вы это можете понять? В прошлый раз из-за пустячного дела – врезавшийся в ангар самолёт, где обошлось даже без жертв, из Москвы примчался целый проверяющий. А сейчас что? Десять погибших, но в ответ – могильное молчание! Я обратился ещё раз и получил в ответ радиограмму о том, что всё в порядке, ситуация под контролем. Под контролем! – Иннокентий швырнул ни в чём не повинный магнитофон в стол. – Мне приказали помалкивать и продолжать вести себя так, словно ничего не произошло. Безумие!

– И тогда вы решили обратиться к нам.

К Биоинституту.

– Я хорошо знаю Илью. И знаю, что у него иной взгляд на мир. То, что для нас с вами – безумие и невероятность, для него – лишь скопление фактов. Которые нужно правильно интерпретировать. Потому я и обратился к нему за помощью.

– Почему вы попросили прислать именно женщину?

– Да это из-за проверяющего, – отмахнулся Иннокентий. – Тот, что прибыл в прошлый раз здорово нервировал народ своим хамством и безалаберностью… Строго говоря эта молодёжь, которую сейчас берут на службу странная какая-то.

Никакого уважения к старшим. Ведут себя как малолетние гопники из подворотни. Хамят, кричат, запугивают… Что это за отношение такое? Понимаю, что ты прибыл для расследования какого-то важного дела – но веди себя прилично! Нет – надо орать на всех и пальцы гнуть…

– К сожалению, такое встречается – вздохнула Елена, вспомнив свои злоключения с приданным под её руководство молодым стажером, который большую часть времени пытался затащить её в постель.

 – Таких молодых учат быть суровыми и безжалостными, не давать слабины и всё такое… Но так уж вышло, что понятие «суровость» у каждого своё. Не всегда правильное. Но таких жизнь быстро учит.

– Очень надеюсь,– вздохнул Иннокентий. – Но всё равно, ситуация очень странная. Когда вы намерены приступить к работе?

– Я? Да могу прямо сейчас. Но мне нужно уточнить…

В дверь застучали.

– Товарищ Иннокентий! Это ОЧЕНЬ срочно!

– Да, клянусь топором – срочно!

– Заходите!

В кабинет ввалились Серафим и Валентина.

– Короче такие дела – нашли мы Костю. Но он счас немного в нирване.

– По научному говоря – пребывает в состоянии, именуемом фантастами «анабиоз». Фактически – живой труп.

– Нажрался спирта, как свинья и вырубился. Причем, перед тем как уйти в «спячку» начал писать завещание, – всплеснула руками Валентина.

– Чего начал писать?! – Иннокентий похлопал глазами.

– Завещание, – пояснил Серафим.