Горькая вода

Сарабанда сменила пассакалью. Фабиан вернул ей праздник, как и обещал, а сам скрылся из вида. Мириам искала его глазами, но тщетно.

После окончания первой части гостей пригласили в столовую. За ужином её посадили рядом с лордом Дамианом. От такого соседства Мириам стало не по себе. Когда кузен леди Адалины гостил у них, она предпочитала держаться от него подальше. Его хищный стальной взгляд пугал до мурашек, а спокойный вкрадчивый голос заставлял всё внутри сжиматься.

– Кого вы высматриваете? Вам кто-то приглянулся.

– Вовсе нет, – запинаясь, ответила Мириам. – Я искала брата.

Реплика вызвала у Дамиана недобрую усмешку. В это время другой сосед предложил поухаживать, и Мириам с радостью согласилась. Дамиан предпринял несколько попыток вернуть её внимание пустыми вопросами, но она усердно делала вид, что увлечена сторонней беседой. Едва ужин закончился, Мириам поспешила удалиться к себе, сказав, что переутомилась. Леди Адалина попеняла, что неприлично покидать устроенный для неё праздник.

Мириам шла по пустому тёмному коридору, беззвучно ступая мягкими туфлями. Она считала, что Фабиан повел себя странно, пропустив ужин. Мириам не понимала причин такого поведения. Может она его чем обидела? Задумавшись, она не заметила, как налетела на взявшегося не пойми откуда брата.

– Прошу прощения, – виновато улыбнулась она.

Фабиан взял её за подбородок двумя пальцами и приподнял голову.

– Мириам – значит «горькая вода», а на вид, точно сочная слива, – прошептал он, задерживая взгляд на губах.

Щёки моментально вспыхнули. Фабиан заправил за ухо выбившийся из прически локон. Как только пальцы скользнули по белой шее, по телу разлилась странная дрожь. Он находился в такой опасной близости, что Мириам чувствовала исходящий от него жар. Она понимала, насколько это неправильно, что следует уйти, но ноги не слушались.

– Не упадите, дорогая сестра, – с насмешкой крикнул вслед Фабиан.

Мириам толкнула тяжелые двери, влетела в храм-часовню и рухнула на колени. Сердце трепыхалось в груди перепуганной птицей. Она подняла взгляд на изваяние Лукавого бога и приказала себе успокоиться. Мириам вовсе не была набожной.