Тревожная служба. Военные мемуары

Я сидел в кабине полуторки, восемь красноармейцев с автоматами, готовые ко всяким неожиданностям, – в кузове.

Солнце заволакивали рваные облака. Тревожно гудели вершины сосен. Справа и слева то и дело возникала перестрелка, ухали взрывы.

Вдруг остановка: из-за бомбовых воронок шоссе стало непроезжим. Мы свернули на лесную, мало наезженную дорогу.

Перестрелка слышалась теперь спереди. Вскоре показались раненые. От них мы узнали, что бой идет за станцию Кямяря.

Я решил проскочить переезд и укрыться в лесу.

Но противник заметил нас. Недалеко разорвалась мина, за ней вторая, третья: Водитель погнал машину и на той стороне железной дороги, в лесу, резко остановил ее. Бойцы выпрыгнули из кузова и залегли. Мотоцикл был разбит. Красноармейца Уколова легко ранило. Сержант Угодкин оказался целым и невредимым.

За узкой полосой леса, тянувшейся перпендикулярно станционному поселку, мы не могли видеть наших. Но по напряжению боя я понимал, что с врагом дерутся смелые, хорошо обученные парни.

Внезапно ржаное поле зачернело от вражеских солдат – очередная вражеская попытка ворваться на станцию. В такую минуту я не мог остаться в стороне и принял решение открыть огонь. То тут, то там, судорожно взмахнув руками, фашисты падали на землю. Но натиск противника не ослабевал.

Справа раздалось громкое «ура!», и мы увидели, что в контратаку пошли моряки. (Это они, оказывается, обороняли станцию.)

– Поддержим, товарищ лейтенант? – спросил меня сержант Угодкин, облизывая языком пересохшие губы и поудобнее устраиваясь за пулеметом.

– Конечно, поддержим! – ответил я.

Враг не выдержал и откатился.

– Спасибо! – коротко поблагодарил меня морской командир, когда мы встретились. – Сегодня они больше не сунутся.

Но они сунулись. На этот раз решили зайти нам в тыл. Намерения врага разгадал красноармеец С. Н. Притуло, посланный мною еще с одним бойцом в разведку. Подпустив противника на близкое расстояние, мы открыли по нему огонь из пулемета и автоматов.

Оставив несколько человек убитыми, фашисты отошли.

Настроение у всех было приподнятое. Первая встреча с врагом – и такая удача! Решаю дать бойцам отдохнуть, подкрепиться, привести в порядок оружие.

– Вряд ли бы так сложились мои боевые дела на заставе, – философствовал сержант Угодкин. – Мне просто повезло, что я попал на фронт, что сегодня был в бою. Приеду после войны домой, как начну рассказывать – у всех дух замрет…

Красноармейцы дружно рассмеялись.