Дневник Великой Отечественной Войны Боровиковой Александры Никифоровны

За этот период я просто к нему привязалась, за это трудное время.

Ну, если ехать, так ехать.

Откровенно говоря, очень хочется поработать на хорошем лесопильном заводе, на полном ходу, а не такой трясучке, какой был мой цех, который я любила, как падчерица мачеху.

Ну что ж, ехать так ехать, я готова, лишь один день на сбор.

К обеду погода стала ясная.

Вдали слышен грохот орудий, и летают самолёты.

Пообедала крепко: суп лапшу, и чечевицу, на что потратила 1.20 руб.

Оказывается, Быков ещё не был в Москве.

Попов сегодня дал указание, чтобы одну раму пустить, недели через две.

Сразу на душе стало веселее, так как жужжат только две торцовки.

В 16:30 «В.Т.», прошла спокойно.

Погода к тому времени стала уже пасмурная.

В 19:30 «В.Т.», мы сразу ушли в бомбоубежище.

Ночь была тёплая, жужжание Мессершмитта (*Messerschmitt) действует на нервы.

Вор все время крутится в воздухе, потом начал спускать зажигалки, правый берег был весь усеян огнём, но скоро ликвидировали, так как упали зажигалки на поле.

На нашу территорию было сброшено 13 зажигалок.

Несчастные наши, ЖПА, напугались и разбежались, и на тушение зажигалок в своё время не пришел ни один.

«В.Т.» длилась 1 1/2 часа.

Кто-бы знал, как всё это надоело, ведь почти половину жизни проводишь под землёй.

Стало уже холодно, и сыро, никогда не подумала бы, что Аня Романова такая трусиха.

Правда, после зажигалок, как враг практикует, может бросить и фугасные бомбы.

Интересное явление было на Маяке Метан, он точно давал сигнал, и вот, какой-то дурак из мелкокалиберки стрелял по нему.

В 12 час. легла спать.

Глава 5. Октябрь 1941

1/X/1941

1/X. Встала в 6 час. утра, сразу же пошла под душ, думаю помыться, пока нет «В.Т.».

Успела помыться основательно.

Погода с утра пасмурная, настоящая осенняя.

Радио не работает, но говорят, что сообщили, что наши войска оставили г. Полтаву.

Погода стала к обеду ясная, жужжит эксгаустер (*Устаревшее название вентилятора) в “Катушке”, а тебе кажется, что жужжат самолеты, а если на поворотном кругу стукнет вагонетка, тебе кажется, бьют зенитки.

Вот до чего взвинчены нервы.

До бомбёжки цеха я не боялась ничего, а сейчас, почему-то, стала бояться.

Вот сидишь ночью в щели, погода пасмурная, облака низко, и вдруг, в воздухе начинает выть какой-нибудь проклятый Мессершмитт (*Messerschmitt), как немазаная телега.