Обязательно вспомнят

– Я очень хочу верить, что он есть, сынок, и что он сейчас там, – ладонь показала вперёд, где шевелились две еле различимые фигуры. – А ещё я хочу верить, что он пришлёт парочку сорокапяток, пока нас тут не раздавили.

– А почему не стреляет? – боец расширившимися глазами смотрел на приближающийся танк. – Метров сто осталось, не больше. Тяжеловато ему без напарника с этой махиной справляться.

– Напарник у него видел какой, лучше любого человека, а Сашок опытный, не боись. Танк-то не лёгкий, сходу не возьмёшь, вот в смотровую щель и целится, чтобы наверняка, – Петренко не отводил взгляда от позиции своего подчинённого.

– А если промажет?

– Типун тебе на язык, – тяжёлая ладонь отвесила подзатыльник бойцу.

– Ну а если?

– Тогда – смерть, – прошептал старшина.

Раздался сухой щелчок: танк, проехав пару метров, неожиданно стал поворачиваться.

– Попал, попал, бисов сын, – Петренко радостно хлопнул по плечу стоявшего рядом красноармейца, – а теперь меняй позицию, быстро!

Словно услышав приказ командира, фигурка ползком стала перемещаться левее, зоркий взгляд мог различить еле уловимые очертания собаки, крадущейся за хозяином.

– Товарищ старшина, товарищ старшина, – прошептал солдатик.

– Ну что тебе ещё, готовься пехоту отсекать, а не меня дергать.

– Нет, вы посмотрите, там.

– Что там за…, – Петренко осекся, – Господи, спаси их. Гранаты мне, быстро!

Меняя позицию, Александр с Другом не могли заметить того, что происходило за подбитым танком.

– Только бы успеть, – шептал он, – только бы успеть.

Башня повернулась в сторону солдата и собаки, на секунду застыла, словно оценивая свои шансы и… резко хлестнула пулемётной очередью, вслед за ней рявкнула пушка. Собачий визг на секунду заглушил звук разрыва.

Старшина приподнял голову: танк уверенно двинулся вперёд.

– Раздавить их хочет, – прохрипел Петренко, – не успею, держитесь, сынки.

Он вскочил и, пригнувшись, побежал.

***

– Тихо, Дружок, тихо, – лежа в воронке, Александр одной рукой гладил собаку, а второй пытался навести ПТР. – До свадьбы заживёт, кусок уха – не страшно, главное, что сам цел, правильно?

– Тяф!

– Вот и умница, а теперь – снайпер!

Пес вжался в землю.