Выхожу 1 ja на дорогу

А вы сами решайте, что с этим делать.

– Сколько здесь? – спросил Иванов.

– Я не знаю. Вы потом посчитаете. Да спрячьте! Не вертите в руках.

Товарищ Иванов послушался и убрал сверток в карман. С этого момента он сделался задумчив и как-то не до конца в себе уверен. Через плечо оглянулся на Маслова, Гриневского, Сенникова, Михалкова и Кунгурова, которые без сил лежали в привокзальной грязи под памятником Сталину.

– А с этими пидорами мне что делать?

– Героев накормим кашей. Они будут довольны.

И оказался прав.

Как всегда, в голодные времена бывают правы люди, состоящие при еде. Их глаза наполнены знанием и печалью. Знанием рыночных цен и печалью о том, что не все продукты можно реализовать на черном рынке.

– Накормим, – вздохнул заведующий.

Героев усадили за длинный стол в углу ресторана и отгородили ширмой. Уж очень они были грязны. Официантка принесла пшенку, сдобренную кукурузным маслом, черный хлеб, соленые огурцы, позавчерашний творог и графин водки – для Иванова. Он выпил большую рюмку и закурил.

Смеялся, пуская в лица осоавиахимовцев струйки дыма.

– Какая у нас молодежь, а! – кричал он. – Досюда дошли! В противогазах! Они вообще куда хочешь дойдут. Хоть до Северного полюса. А?

– Дойдем, дяденька, – соглашался счастливый Михалков.

– Доходяги! – хохотал Иванов.

Официантка закатывала глаза, понимая, что чаевых эти сумасшедшие не дадут. Товарищ Иванов веселел от водки и взятки. Гриневский, Сенников, Михалков, Кунгуров и даже умный Маслов пьянели от еды. Они взяли по четвертой порции, когда товарищ заведующий вошел в зал четким военным шагом, словно только что вспомнил важный факт из своей биографии.

В этот момент он был значительно бледнее гипсового памятника перед вокзалом. Отослав официантку, заведующий склонился к Иванову:

– Мы пропали, – сказал он. – Монголы нажрались тушенки и умирают.

– Чего?

– Того! Они отравились.

– Спам, – догадался Иванов. – Американское говно.

– А обвинят нас.

– Вредители!

– Хуже всего, что, кажется, помер их главный.

Генерал в таком красивом кителе. Остальные еще живы, но это неважно.

– Вредители! – сказал Иванов. – Нужны вредители. Срочно. Пойдем поищем.

Он выудил из миски самый большой огурец, подмигнул комсомольцам, взял под локоть заведующего и удалился. Кроме умного Маслова, никто из героев не отвлекся от еды.

– Повезло нам, дуракам, – сообщил Маслов товарищам. – Не каждому так в жизни везет.

– А чё? Чё стряслось-то? – чавкая, спросил Михалков.