Обреченный

Представляешь, что произойдет с человеком, если он, сорвавшись со скалы, улетит в пропасть? Есть ли шанс выжить? Как подготовиться к чудовищным нагрузкам на организм? Как этот человек будет относиться к спорту после излечения?.. Я постараюсь разобраться в том, какой отпечаток оставила в твоем сознании Война и ранение, как ты воспринимаешь сейчас свою страшную военную работу… Интересно, правда?

– Наверное, – ответил Шелестов и отодвинул от себя рюмку. – Только я совсем не помню Войну.

– Пытаешься забыть?

– Не могу вспомнить.

У меня амнезия… И вообще, я просто хочу отдохнуть где-нибудь в Подмосковье. Спасибо за коньяк. Я пойду.

Шелестов встал.

– Подожди, не кипятись! – Стас, дожевывая, забрался на стул и снял с полки несколько пухлых папок. – Отдохнешь так, что потом спасибо мне скажешь! Я исследовал альпинистов, подводников, полярников во время их отпусков. Они отдыхали, а я проводил свои исследования. Мы с тобой поедем в Крым…

– В Крым мне нельзя, – ответил Шелестов. Он вдруг почувствовал головокружение – то ли от выпитого коньяка, то ли от усталости и раздражения.

 – Я дал подписку о невыезде. До свидания.

– Да сядь ты! – вспылил Стас. – Тебе что, шьют дело? Хулиганство? Вымогательство?

– Нет, не вымогательство, – ответил Шелестов и, как бы желая подкрепить свои словами веским аргументом, выудил из кармана смятый пропуск в прокуратуру. – Вот, смотри. Следователь Некрасов, кабинет сто восьмой… В общем, извини… У меня что-то башка разболелась…

Он сделал шаг, ухватился за дверную ручку, и тотчас ему показалось, что дверь резко распахнулась и ударила его по лбу…

Глава 4

Первое, что увидел Шелестов, когда открыл глаза – собственное отражение, выпуклое, словно воздушный шарик, и оно было бы смешным, если бы принадлежало кому-то другому.

Шелестов протер глаза и только потом понял, что отражается в толстых, чуть затемненных очках доктора Козырева, который склонился над ним и выпятил губы, как если бы любовался сгоревшей пиццей.

– С возвращением, – хмуро произнес он и взялся за запястье Шелестова, чтобы сосчитать пульс.

 – Часто у тебя обмороки?

– Это не обморок. Это на меня твой коньяк так подействовал, – ответил Шелестов. Он с удивлением обнаружил, что лежит на диване, под пледом, а сквозь штору пробивается медовый солнечный свет. – Который час?

– Уже утро.

– Это я столько был в отключке?!!

– Я сделал тебе укол нитразепама. Соображаешь нормально?

Пес лежал на полу рядом и делал вид, что дремлет.