Колдовской мир. Год Единорога

Когда я брала ее с собой, то сама толком не понимала, как она может мне пригодиться, зато теперь была рада своей предусмотрительности.

Из дальнего кармашка я вынула маленький амулет. Я сделала его интереса ради, без ведома почтенной дамы Алусан – узнай она об этом, мне пришлось бы долго выслушивать нравоучения о том, что девице, живущей в святом месте, стыдно поддаваться деревенским суевериям.

Амулет представлял собой мешочек с дудником, сушеными лепестками пурпурной мальвы, парой листиков плюща и ягодами рябины.

Эти компоненты известны своими защитными свойствами, однако никогда еще не использовались вместе. Вдобавок на мешочке я вышила несколько рун.

Я надела амулет на шею, скрыв его под высоким воротом табарда. Даже почтенная дама Алусан соглашалась с тем, что некоторые из верований имеют в основе своей логическое объяснение, однако традиция, к которой прибегла я, создавая свой амулет, была древнее, чем религия моей наставницы, и связана с совершенно иной верой.

Едва амулет коснулся кожи, я ощутила исходивший от него жар. Я повернулась к Херрелу.

– Что это? – спросил он, выставив вперед руку.

– Лесные травы, листья и ягоды.

Он принялся быстро водить рукой в воздухе, потом резко вскрикнул, отдернул ее и облизнул пальцы, как будто их обжег невидимый огонь.

– Этого они точно не ожидают, – улыбнулся он. – Если увидят – могут подумать, что это всего лишь безделушка. Но если заподозрят, что в этой вещице скрыта Сила, – спасет ли она тебя от их колдовства? Надеюсь, у нас никогда не появится повод узнать это наверняка.

На сей раз седельных мешков было намного больше: мы направлялись к воротам чудесной страны, откуда не могло быть возврата. И снова земля, по которой пролегал наш путь, была нам не рада. Казалось, все мы, даже Всадники, для нее – нежеланные пришельцы. Впрочем, возможно, таково было действие охранных чар, наведенных самими Всадниками, чтобы отвратить от этих земель чужаков?

Дорога постоянно шла в гору.

Снега не было, однако дул ледяной пронизывающий ветер, и мы были благодарны, когда на пути нам попадался лес, где хотя бы ненадолго можно было укрыться от его беспощадных ударов.

Мы с Херрелом почти не разговаривали. Он ехал слева от меня и время от времени поднимал голову и принюхивался. Оглядевшись, я увидела, что остальные ведут себя точно так же, но их спутниц, с чьих лиц не сходили довольные улыбки, это ничуть не настораживало.