Колдовской мир

На ее усталом лице застыло выражение брезгливости, смешанной со стыдом, словно она прибегла к дурному средству для достижения благородной цели.

5

Когда трижды протрубит рог…

Корис усердно полировал лезвие топора куском шелковой тряпки. Вернувшись из города, он немедленно потребовал свое сокровище назад и теперь, сидя на подоконнике, рассказывал:

– …Он ворвался с таким видом, словно по пятам за ним гнались кольдеры, и выложил все сержанту! Тот с перепугу аж пролил вино, за которое, кстати, платил я! А этот парень орал как ненормальный.

Мне, по правде, вся эта история кажется чистой выдумкой, и все же я готов поспорить на недельное жалованье карстенского наемника – в ней что-то есть!

Пока Корис говорил, Саймон внимательно наблюдал за колдуньей и за Брайантом. Впрочем, колдунья все равно ничем бы не выдала того, что нечто подобное она уже слышала. Зато молодой человек не имел, конечно, ни ее выдержки, ни достаточного жизненного опыта, и его реакция на рассказ капитана несколько удивила Саймона – Брайант держался чересчур безразлично.

– Вижу, госпожа, – заметил Саймон, – эта история вовсе не кажется тебе выдумкой.

После визита Альдис его отношения с колдуньей стали несколько напряженными, она это, безусловно, чувствовала, но пока не предпринимала никаких шагов, чтобы изменить существующее положение.

– Гунольд действительно мертв, – спокойно сказала она. – Его больше нет, как нет и Лоисы, наследницы Верлена. Так что, Корис, этот солдат соврал разве самую малость.

 – Колдунья посмотрела на капитана. – Но то, что эти события связывают с нападением Эсткарпа, разумеется, совершенная чушь.

– Знаю, госпожа. Мы никогда не действуем исподтишка. Однако, может быть, здесь что-то другое? Я не люблю задавать лишних вопросов, но скажи, может, на скалы Верлена выбросило кого-нибудь из гвардейцев, покинувших Сулькар?

Колдунья отрицательно покачала головой:

– Сила говорит мне, что в живых остались только вы четверо, капитан.

– Но ведь эти события или слухи о них могут стать предлогом для войны, – нахмурился Корис.

 – Гунольд был другом Ивиана; не думаю, чтобы герцог оставил его гибель неотомщенной. Тем более что маршал умер при таких загадочных обстоятельствах.

– Фальк! – Это имя, как игла из самострела, вырвалось из уст Брайанта. – Отвечать будет Фальк! – Лицо юноши побледнело. – Ему еще предстоит объясняться с Сириком и Дуартом! Что и говорить, владыке Верлена сейчас не позавидуешь.