У края

Как же далеко тем самолетам до этих современных монстров – сверхзвуковых самолетов-невидимок “Стэлс”. Вот только бомбы все те же – они убивают.

Незаметно уснул, но снова был разбужен отбомбившейся армадой, идущей на посадку. Вот тебе и “Джиро д’Италья”. Бессмысленная гонка на велосипедах, а где-то рядом бессмысленная война – наказание страны за нежелание добровольно отдать часть своей территории.

На часах пять утра, но спать больше не хотелось. Я оделся и сел к окошку, выходившему на Т-образный перекресток.

Неожиданно под одной из стрелочек-указателей заметил надпись – “Breton – 300 м”. Вот это да! Я в трехстах метрах от фирмы “Бретон”. Стоит лишь выйти на улицу и уже через пять минут могу оказаться в офисе фирмы и разузнать, наконец, все об интересующем меня агломерате.

В пять утра? Вряд ли кто из специалистов появится там раньше восьми, а в восемь за мной уже заедут Серджо с Ларисой – кот Базилио и его подельница лиса Алиса. Похоже, попасть на “Бретон” бедному Буратино можно будет лишь после обеда. Вот только как знать, где он будет после обеда.

В шесть утра появились первые прохожие. По двое-трое они скапливались под какой-то табличкой, где минут через пять, четко по расписанию, останавливался автобус, подбиравший пассажиров.

В семь не выдержал и вышел из гостиницы, разбудив удивленного вахтера. Спросонья тот долго не мог понять, что я не уезжаю, а лишь хочу прогуляться.

Он совал мне какие-то бумаги, требуя, чтобы я расписался. Мне же расписываться не хотелось, а мой английский его не убеждал. Он лишь вежливо улыбался, знаками показывая, что из моей речи не понимает ничего.

– Пассэджьята?! – громко рассмеялся, в конце концов, весельчак и выпустил меня, наконец, на волю, на прогулку.

И я с удовольствием побродил по чистенькому аккуратненькому городку, наблюдая незнакомую жизнь его обитателей.

Когда примерно через час подошел к гостинице, на стоянке уже стоял “Мерседес” Чендерелли, а сам Серджо вместе с веселым вахтером заразительно смеялись на всю гостиницу.

– Чао, мой друг Анатолий! – хлопнул по плечу “друг” и разразился бессмысленной тирадой из произвольно скомпонованных русских слов.