Танки генерала Брусилова

– Согласен. Однако дальше смотри. Он поставил паровую машину, и вышло русское подобие трактора Гикота – паровой самоход на бесконечной шарнирной рельсе. Заметь, Александр, резинная лента заменена на железо.

– Занимательно. Хотя препятствий вижу не менее трёх. Ныне субмарина – это подводный мазутный танкер ради дальности хода, экипажу да торпедам лишь чуть места осталось. Сколько же твой самоход проедет? Или рядом подводу с дровами пустить, в топку их кидать?

– Для того и нужен нефтяной двигатель с циклом Тринклера.

– Даже без расчётов и опытов ясно, что такое шасси тяжелей для мотора, нежели обычные колёса, как в локомотиве или авто. Представь, какая разрывная нагрузка на части этого гибкого рельса и оси между ними. Долго они выдюжат? Не знаю.

– Справедливо. А третье?

– Двигатель один, рулевого колеса нет. Твой самородок считает, что поворот выходит от торможения одной рельсы. Как там англичане её обозвали?

– Caterpillar.

– Пусть так и будет – гусеницы.

– Пожалуй. Почему тебя это пугает? На лодках много таких муфт – меж паровой машиной и электродвигателем, затем перед дейдвудом.

Берг ткнул пальцем в дизельный двигатель Тринклера.

– Вдобавок он не реверсивный. Прикажешь электромоторы ставить по примеру субмарины или промежуточный вал с шестернями? Тогда не забудь перископ и торпеды.

Макаров забрал тетрадь.

– Стареешь, дружище. Лет тридцать назад тебя мелочи не останавливали.

Александр поднял блёклые и слезящиеся глаза.

– Может быть. А только сей аппарат в инженерном смысле куда хитрее чем лодка. Там двадцать саженей длинны, тысяча тонн массы – лепи что хочешь. Здесь изволь вписаться в четыре сажени.

– Ты прав. Но технические трудности – половина дела. Как самоход в Военном или Морском министерстве продвинуть?

Берг тяжело по-стариковски вздохнул, воровато оглянулся – не видит ли Мария – и раскурил трубку.

– Не представляю даже. К генерал-адмиралу идти бесполезно. Он – пустое место.

– Ты как Брилинг. Одни якобинцы да вольнодумцы вокруг.

– Брось. За помощью можно идти только к Куропаткину. Он кое-какие перемены затеял.

– Это как раз плохо, Александр. Новшества денег требуют, на самоход не остаётся.

Отставной подводник встал из любимого кресла-качалки и шагнул к окну, попыхивая трубкой.