Подлодки адмирала Макарова

Создатель духового судна, изволивший выделить гостям не более пяти минут, оказался крайне неприятным человеком.

– Господа, буду с вами откровенен. Вы не являетесь российскими морскими офицерами, двое даже подданными империи. Лодка – секретное оружие. Так что благодарю покорно за проявленное внимание, но никаких сведений о ее устройстве разглашать не намерен.

– Ваше право, – согласился Берг, решив про себя, что в случае начала своего проекта по согласию с Морским техническим комитетом он непременно получит доступ к документам об опытах фотографа, раз судно строится за казенный счет.

 – Тогда будьте любезны ответить, почему не применили тепловой двигатель. Раз его нет в лодке, значит, сие не тайна.

– Вот оно что! Подозреваю, вас Степан Онисимович настроил? Сколько же мне крови он выпил! Сначала вроде как друг, перед великим князем поддержал. А потом вылезло, что лодка ему нужна лишь, дабы свои изобретенья продвинуть. Не выйдет-с! На первом боевом подводном корабле империи будет стоять только воздушная машина Барановского.

– Простите за любопытство, каким образом будет воевать корабль с запасом хода в семь миль?

– Довольно меня поддевать, милостивый государь! Объем баллонов и давление увеличатся. Его Императорское Величество лично одобрили мой проект.

– Алекс, я плохо понимаю по-русски, но, по-моему, этот говнюк нарывается, – встрял Джон по-английски, недружелюбно сверля Александровского глазами. – Он дворянин? Давай ему в рыло заеду, может, на дуэль меня вызовет.

– Ты сам не дворянин.

Он просто вызовет городового. – Берг снова обернулся к судостроителю: – Последний вопрос, и мы уходим. Я слышал, вы предложили торпедо не хуже мины Уайтхеда. Как судьба этого изобретения?

– Как и все в России – сложно. Когда моя лодка докажет боевую ценность, завистники не смогут ставить палки в колеса. Господин Берг, давайте закруглим разговор. Ежели вы не спускали на воду кораблей и не будете в будущем, это – досужая трата времени. Коли начнете, вы мой прямой соперник. Мне не с руки помогать вам даже советом.

Разрешите проводить вас к выходу.

Напротив, генерал-майор Оттоман Борисович Герн, попросивший называть его Константином Борисовичем, оказался милейшим человеком. Интересуясь морскими делами, он был краем уха наслышан о контр-адмирале Берге и без церемоний принял рекомендацию Литке, сразу же пригласив осмотреть лодку на Александровском литейном заводе, что в пригороде Санкт-Петербурга на берегу Невы, неподалеку от Шлиссельбургского тракта.