Обломки мифа. Книга 2. Враги

На нём сапоги из неведомой Бухары, в голенище правого сапога торчит рукоятка кинжала из столь же неведомого Дамаска, украшенная бирюзой, рубаха шёлковая розовая из далёкой страны Чина, портки льняные тёмно-синие, меч в дорогих ножнах на дорогом поясе.

Избора, жена Путяты с поклоном преподнесла Святославу чарку мёда на подносе. Князь с благодарностью принял, выпил, чмокнул хозяйку в щёку. За этим с улыбкой наблюдали сам Путята, его тринадцатилетний сын Твердислав или Твердята по-домашнему и пятнадцатилетняя дочь – красавица Забава.

Добрыня посмотрел на неё и остолбенел. Он сначала покраснел, потом побледнел и опять покраснел, попытался отвести глаза и не смог. Девушка насмешливо и чуть гордо смотрела на великовозрастного парня. Поняла, что она ему понравилась. Крепко сбитая, русоволосая и зеленоглазая, с красной лентой на лбу, Забава снисходительно улыбалась Добрыни. Утонул в этих глазах Добрыня и почувствовал себя нищим и несчастным. Ну, кто он? Холоп великой княгини и слуга князя киевского. Всё! Надо забыть и даже в сторону её не смотреть.

А однажды пошёл на гулянье, где парни и девки собирались, на качелях качались, песни пели. Оделся скромно, что бы не узнали. Его и не узнали, только он с Забавой попытался заговорить, как парни его отвели в сторону. «Ты кто такой? Пошто к нашим девкам пристаёшь?» Отдубасили его хорошо, еле отбился.

Наутро Святослав насмешливо осмотрел своего телохранителя:

– Это кто ж так хозяина Киева?

– Да нашлись добрые люди.

– И что с ними будет?

– Да ничего, они правы.

– Да? Ну, твоё дело.

– Моё, – согласился Добрыня.

А вечером опять был у дома Путяты.

Однажды у забора его увидела Искра, холопка Путяты, подаренная ему вместе с другими холопами, Святославом.

– Ты что здесь топчешься, Добрыня? – Искра смотрела насмешливо. – Может, чего хочешь?

Добрыня смутился. Да, у них было с Искрой пару раз, но сейчас он об этом даже вспоминать не хотел и чем объяснить своё присутствие здесь, он тоже не знал.

– А, молодая хозяйка глянулась? Так давай покличу.

– Не надо.

– Что «не надо?» Заходи, проходи в сени, нечего на холоде-то стоять.

Добрыня, как телок, повиновался. Чувствовал себя в сенях преступником. И это он – княжий телохранитель!

Забава вышла, кутаясь в шерстяной платок. Смотрела насмешливо.