Русский излом. Роман в трех частях

Нужно добавить, что Лева недолго оставался в ее глазах Оболенским: в первый же вечер он рассказал ей все, назвавшись настоящим именем. Он признался и в изготовлении взрывчатки для террористов, и в том, что его разыскивает полиция. Ольга выслушала молча, а потом заявила, что, если Лева готов оставить свои заблуждения в прошлом, она поможет ему уехать.

Заново переживший терзавшие его муки совести, Лева поклялся никогда больше не иметь никаких дел с эсэрами и расплакался.

Увидев слезы в глазах молодого человека, красивая фельдшерица удивилась.

И тут ей до сердечной боли стало жалко запутавшегося Левушку, по собственной глупости разрушившего свою жизнь и надежды на блестящую карьеру.

Господи, ну что за нелепость! Почему ее угораздило влюбиться в хлипковатого молодого человека – она, сильная, здоровая, несущая на своих плечах заботы о стареющем отце, подрастающей дочери и легкомысленной сестре.

Лева перестал плакать, словно опомнившись, и в испуге уставился на Ольгу.

Наконец-то он расслабился, осознав, что Ольга готова взять на себя решение проблем, в которых Левушка безнадежно запутался. Она поднялась со стула и несколько раз прошла по комнате взад-вперед, словно демонстрируя стройную фигуру.

– Ты должен уехать и скрыться у сестры, – произнесла она, продолжая расхаживать, – Ты же и ехал туда, не так ли?

– Да, первоначальный план был такой, – подтвердил Лев, – Только денег на дорогу не осталось почти. То ли украли, то ли потерял. С той суммой, что сохранилась, я могу доехать только до Песчанска, а там одолжить у папы.

– «У папы», – передразнила Ольга, -Дом твоего отца, наверняка под наблюдением. Да тебя прямо на вокзале и схватят, лишь только ты выйдешь из вагона! Можешь не сомневаться…

– Как же быть? Полагаю, на мой счёт в банке наложен арест.

– Я дам тебе денег на билет.

Это был выход из сложившейся ситуации, но всё Левиной существо запротестовало: он не привык одалживать у женщин.

– Это альфонсизм какой-то, -заявил он, решительно отказываясь.

– Глупости, – рассердилась Ольга, – Ты не альфонс, а я не добрая самаритянка. Тебе нужно скрыться- я помогу! А долги отдашь потом.