Мой Кармасан

Процесс заключался в том, что бутылки нужно было замочить в тазике или ведре минут на тридцать. Тогда этикетки спадали сами или легко при помощи ножа, счищались.

Папа также помогал мне, летом, когда их собирал в деревне, привезя в город он сам их и сдавал тете Рае, так звали практически всегда пьяную королеву пункта приема стеклопосуды.

А тогда прошелся после школы возле гаражей, возле школьного забора – две, три бутылки есть. Одна пивная бутылка или бутылка из-под газировки, ее вроде бы называли «чебурашка» на приеме стоила двадцать копеек.

Столько стоила буханка хлеба или мороженое.

Мы с пацанами во дворе очень любили демонстрации – первомайские «Мир. Труд. Май» И ноябрьскую. Как все советские школьники, мы были политически подкованы и свято верили всему что нас учили. На этих праздниках люди выпивали на ходу, наверное, чтобы легче было славить коммунистическую партию, когда ты славишь Бога нужды в алкоголе нет никакой.

Я и мои дворовые друзья на демонстрацию ходили с двумя большими сумками.

Один раз даже у нас какой-то взрослый пацан хотел отнять у меня сумки с набранными до верху бутылками, но нас было трое, он сначала не понял, что у нас коллектив, а поняв быстро исчез.

У меня всегда были свои карманные деньги, в неделю я мог насобирать бутылок до десяти советских рублей. Плюс за хорошее поведение мама всегда мне выделяла еще несколько рублей.

Тратил на мороженое, газировку, кино и книги,

Книги для советского человека были отдушиной.

Их было мало хороших, чтобы их получить нужно было или сдавать макулатуру и покупать подписку или пользоваться услугами процветающего черного рынка.

Даданы и куканы

Кукан -так мы называли небольшую ветку, в основном ивы, на которую мы насаживали через жабры, пойманных пескарей и других мелких рыб. А что такое даданы, я расскажу далее…

Ночью мимо кладбища

Каждый, наверное, в детстве любил слушать страшные истории или рассказывать их другим на ночь глядя.

Как-то раз тетя Настя посетовала, что надо бы даданов раздобыть, а то ее теперешние совсем старые полу гнилые стали, как ее муж дядя Коля умер никто новых не делал.

А так мы были путешественники, естественно мы знали где их достать. Не воровать же?

Мы этим не увлекались, максимум сперли три доски их совхоза – тетя Настя попросила сарай подремонтировать и два куста картошки как то раз выкопали с колхозного поля, семечки и кукуруза не в счет.