Мы были советскими спортсменами

Когда я наконец понял, что отец пошутил, выпалил неожиданно для себя:

– А ты знаешь, почему у Запорожца двигатель сзади?

Отец перестал смеяться и вопросительно взглянул на меня.

– Потому что, чем думали, туда и поставили! Повисла тишина.

Мама удивленно посмотрела на меня, потом на папу, на сестру и вдруг расхохоталась. За ней начали смеяться сестра и я, отец хмыкнул, махнул рукой и пробормотал:

– Да ну вас, советчики! – и стал накладывать квашеную капусту в тарелку. В итоге купили новую модель Запорожца и пианино.

1967 год. Междуреченск. Алевтина Александровна Иванова (Тихоньких).

Заниматься гимнастикой было интересно, хоть и трудно. Тренировки становились всё более интенсивными, а Геннадий Никифорович более требовательным. Вначале элементы получались как-то сами собой, теперь же некоторые нужно было отрабатывать месяцами.

В школе появился новый тренер, Геннадий Александрович Фаляхов. Он приехал с двумя младшими братьями Валерием и Усманом. Зал, заполненный несколькими группами, уже не казался большим.

Вся гимнастическая секция была заражена установкой внутришкольных рекордов. Недавно Снегирёв Сергей поставил рекорд школы по отжиманию на гимнастических стоялках в положении горизонтального упора. Он отжался более семисот раз! У меня лучше получались подтягивания на перекладине, и я дошёл уже до сорока двух. Володя Симаков сделал на гимнастическом грибке 358 кругов! На это ему потребовалось более семи минут, чтобы крутить их не останавливаясь.

Это стремление к рекордам привело меня к моей первой травме. На сто пятом круге на грибке кисть соскользнула, и я всем весом упал на прямую левую руку. В больнице мне вправили вывихнутый локтевой сустав и наложили гипс. Мои рекорды теперь откладывались на неопределённое время.

Дома сестра отрабатывала гаммы, а мама с усердием училась играть на фортепиано по самоучителю. Длилось это недолго. Свободного времени у мамы было в обрез, хорошо ещё, что у неё хватило сил и терпения закончить Кемеровский УКП заочного института советской торговли.

Я тоже попробовал играть на пианино, но после того, как научился играть двумя пальцами начало полонеза Агинского и Собачий вальс, желание сильно ослабло. Наша мама не теряла надежды и подарила мне фирменную семиструнную гитару. Отец, который во время праздничных гулянок играл на баяне, оказалось, умел немного играть и на гитаре.