Перед грозой

Полуторка, громыхая на кочках, покатилась прочь из города, а Говоров так и остался стоять возле открытого окна, подставляя свое морщинистое лицо ледяным струям ледяного ливня, словно пытаясь смыть с себя то, что не давало ему покоя уже очень долгое время – ощущение безысходности, тревоги, волнения.

2

– Шурка, смотри, как я умею!– Коля залез на самую верхушку дерева и спрыгнул оттуда с высокими брызгами, разлетевшимися во все стороны. Маленькая щупленькая девочка с длинной черной косой наблюдала за купанием брата с берега.

Сашка плавать не умела, о чем в тайне от всех горевала, предпочитая бросать мелкие камешки с берега в воду, да сопровождать в постоянных купаниях брата.

– Попробуй! – предложил ей брат, широкими косыми саженками подгребая к обрывистому берегу, поросшему толстыми тугими корнями плакучих ив, обильно разросшихся по всему берегу реки.

– Коль, ты же знаешь…– покачала головой отрицательно Шурка, чутко прислушиваясь к шороху шагов, раздавшихся где-то позади в кустах.

– Вот они – малолетние козявки!– раздвинув густые кусты высокой травы, к реке вышел Митька – местный дурачок, над которым все потешались и насмехались. Шурке его было даже немного жаль, особенно когда тетка Варька или дед Федор плохо отзывались о нем.

– А Митька вас ищет, ищет…Думает уж не найти! – самодовольно усмехнулся здоровый увалень, потирая раздутое от постоянного недоедания пузо.

– Тебе чего?– строго спросил Коля, выходя на берег. Его худое, поджарое тело светилось на солнце миллионами мелких водяных капелек, растекавшихся по бронзовому загару серебристой волной.

У него были крепкие разбитые от тяжелой работы руки, чуть раскосые мамины глаза и хорошо сложенная отцова фигура.

– Митька искал вас, чтобы передать слова деда Федьки!– заулыбался дурачок.– Он сказал, что если эти два прохиндея не явятся домой, то хворостины они отведают точно!

– Спасибо!– поблагодарила его Шурка, собирая букет нарванных полевых цветов.– И правда, Коль, что-то мы загулялись сегодня…

– Митька-дурачок! – из кустов в след за Митюшей выскочили трое ребят постарше с Масловки.

Их Шурка знала плохо, только главного среди них Ваську Полухина – сына Колькиного крестного.

– О-о-о…-протянул этот самый Васька нудным голосом.– А тут и Подерягины здесь! С дурачком якшаетесь? Может вы сами такие же?– трое парней, стоявших позади своего лидера противно захихикали. – Митюша? Скажи «а»?– рассмеялся Васька, подняв с земли большой угловатый камень.