Перед грозой

– Товарищ полковник, – начал, откашлявшись, Тополь, заметно смутившись от такого спокойного и холодного приема, вам известно, что творится в вашей 189-ой разведроте? Особый отдел очень обеспокоен происходящими там событиями…– покачал он головой, выводя полковника на разговор.

– И что же у меня творится в разведроте?– спокойно переспросил Перхович, все так же протирая очки.

– Вы в курсе утреннего инцидента?

– Конечно, товарищ майор! Командир дивизии обязан знать, что творится в вверенном ему подразделении,– Перхович наконец-то отложил свои очки и посмотрел на особиста прямо и открыто,– что такого в том, что наш солдат застрелил двух опасных преступников, которые намеривались на него напасть, отобрать оружие и черт знает, простите, как им воспользоваться…Наградной лист на присвоение младшего сержанта я ему уже подписал и отправил в штаб армии…

– Да как…-майор Тополь не мог выговорить и слова.

Его скрутило от злости, и если бы он мог, то он непременно врезал бы этому заумному старому деду, корчащему из себя, не пойми что…– Я посадил его на гауптвахту!

– За что, если не секрет?– улыбнулся полковник своей спокойной дедовской улыбкой, которая вроде и не таила в себе опасности, но вкупе со вкрадчивым голосом, напоминало шипение гадюки, готовой броситься из-за кустов на противника.

Его не могли съесть тогда, в тридцать седьмом, не позволит он сделать этого и сейчас.

– За невыполнение пунктов устава гарнизонной и караульной службы.

Перед открытием огня по мирным жителям рядовой Подерягин был обязан сначала сделать предупредительный выстрел, а потом открыть огонь на поражение.

– Боюсь, бежавшие заключенные ни того, ни другого сделать ему не позволили. В сложившихся обстоятельствах, я считаю , что солдат поступил абсолютно правильно,– отрезал Перхович, начиная закипать.

– Да вы видели вообще его личное дело?!– разозлился майор Тополь, вскочив со своего места. Нависнув над Францом Иосифовичем, как скала.

– Сын дворянина, кулак, ярый противник революции! Таких расстреливать надо, а не награждать!

– Хватит!– стукнул кулаком Перхович, вскочив следом, расплескав по оперативным картам остывший чай.– Хватит! На расстреливались! Страна находится в состоянии войны с сильным и хорошо обученным противником! У нас каждый солдат, каждая жизнь на счету, потому что идет война на полное истребление! От таких вот, как этот ваш Подерягин.