Пепел

Пепел

Александр Андреевич Проханов

Выпускник Института иностранных языков, специалист-востоковед Петр Суздальцев отверг Москву, блестящую карьеру и личное благополучие – и удалился в деревню. Там он вознамерился написать роман о волшебном, красивом, манящем и сказочном Востоке. Однако в романтической душе юноши всякий раз зарождается мучительное, обжигающее предчувствие какой-то странной войны, и пишет он вовсе не красивую сказку, а жестокую, яростную, пропахшую порохом и кровью батальную прозу, а в ней с предельным реализмом и страданием изображены все фазы и фрагменты будущей афганской кампании…

Александр Проханов

Пепел

ПРЕДИСЛОВИЕ АВТОРА

В молодости я написал четверостишие:

Мне долгий век кукушка нарыдала.

Должно быть, знала, вещая, она,

О том, что терпеливо поджидала

Меня далекая нездешняя война.

В этом стихотворении выражено ощущение, которое было характерно для многих моих сверстников, чьи отцы погибли на фронтах Отечественной, и кто жил и взрастал в благословенное, невоенное время, увлекаясь поэзией, русской стариной, авангардными направлениями науки.

Мы пользовались благами, которые добыли нам отцы ценой своих жизней. И нам казалось, что мы в долгу перед ними, и заплатить этот долг мы сможем, лишь пережив, хотя бы отчасти, те лишения, что выпали им на долю. И эти лишения – военные. Предчувствия грядущей войны были свойственны тому времени, создавали среди определенных кругов молодежи духовное и этическое напряжение. Я принадлежал к этим кругам. Афганская война, когда она разразилась, и стала для меня той войной, что была дана мне в предчувствии.

Роман «Пепел» следует рассматривать в неразрывной связи с романом «Стеклодув. Война страшна покаянием». Там действует профессиональный военный, разведчик, описана его военная афганская «одиссея». В романе «Пепел» – юность героя. Афганская война дана ему как предчувствие, как «галлюцинация» художника. Тем не менее, в этих «галлюцинациях» я постарался с предельным реализмом изобразить все фазы и фрагменты «афганской кампании», свидетелем и участником которых я был на протяжении всей войны.

Александр Проханов

ГЛАВА 1

Суздальцев совершал любимую вечернюю прогулку по осенней Москве, такой благоухающей, смугло-золотистой, с фонарями, дрожащими среди мокрых деревьев. Тихвинская улица металлически блестела после дождя. Кольчуга булыжника отливала голубым. Трамвайные рельсы струились стальными ручьями.