Самый опасный человек Японии

И ему нужны ребята вроде тебя, которые умеют что-то необычное. Что-то, что приведёт врагов в недоумение… Скажи, что ты об этом всём думаешь?

– Я всегда мечтаю о великом, – ответил Кимитакэ. – О прекрасном всё мечтаю я.

Адмирал помолчал, подумал, поизучал опустевшую бутылку. Потом поставил её на пол и констатировал:

– Я склонен думать, что вы сработаетесь с Сюмэй-сэнсэем. Ему вот такие нужны!

Кимитакэ перевёл дыхание и произнёс:

– Меня несколько смущает…

– Что такое? Боишься, что вьетнамцы покусают?

– Я читал некоторые сочинения Окавы Сюмэя.

– Зря ты это делал. Впрочем, не важно. И что?

– Мне кажется, или там что-то… странное. Читать интересно, но, по-моему, он слишком смело обобщает. Иногда кажется, что он просто издевается над читателями.

– Что поделать – великие религиозные деятели или хотя бы поэты обычно действуют всего в шаге от безумия. И сама эта грань очаровывает публику, словно пассы канатоходца. Все с нетерпением ждут: когда же он переступит? Когда же он упадёт? Хотя всем ясно, что если канатоходец и вправду грохнется, то представление будет окончено.

– Но что, если он затащит туда же, на проволоку, всех нас, своих учеников?

Лицо адмирала приняло то самое задумчивое выражение, которое наступает, когда вышестоящее командование в очередной раз потребовало невозможного. Наконец он всё обдумал и спросил:

– Кими-кун, у тебя есть любимые пластинки? Ты увлекаешься, например, джазом?

– Признаться, я не очень разбираюсь в музыке.

– Ну хоть какие-то пластинки дома есть. Можешь вспомнить?

– Есть записи сочинений Адриана Леверкюна в исполнении Берлинского академического. Вы могли слышать про этого композитора.

– Ты понимаешь, что ты в беде, Кими-кун? Это же новая венская школа, я ничего не перепутал?

– Ну, его относят к этому направлению, хотя он всю жизнь творил отдельно…

– Ты должен это узнать, пока не испытал на себе. Говорят, джаз ведёт в бездну порока. Так вот, музыка авангардных композиторов венской школы не просто ведёт, а прямо обрушивает в бездну онанизма и одиночества.

– А что из джаза мне надо послушать, чтобы поступить в школу разведчиков?

– Не хочешь в симфонический? Я тебя понимаю. Там ещё скучнее, чем на утренней вахте.

– Я хочу быть полезен стране.

– Насчёт джаза – поспрашивай одноклассников. У них могут быть пластинки.