За последней чертой

Кулик уперся руками в борт фургона, чтобы удержаться от падения.

– Что дрова везете? – недовольно произнес Григорий Иванович, обращаясь к бойцу.

– Разговорчики! – зло произнес сержант. – Здесь не принято разговаривать….

– Открывай! – услышал Кулик голос водителя. – Заснули что ли?

Раздался скрип открываемой двери, двигатель «воронка» мирно заурчал, и машина въехала во внутренний двор тюрьмы.

– Выходи! – послышалась команда. – Лицом к стене! Шаг влево, шаг вправо, прыжок на месте расценивается, как попытка к бегству.

Григорий Иванович выбрался из фургона. Он хотел потянуться и размять затекшие суставы, но его остановил грозный рык конвоира. Вокруг его были кирпичные стены, потемневшие от времени. Эти массивные стены здания с маленькими бойницами вместо окон, невольно давили на его психику. Кулик передернул плечами, словно старался сбросить с плеч какое-то тягостное предчувствие беды.

– Лицом к стене! – снова услышал он команду.

Это было сказано так громко и грубо, что он в какой-то момент растерялся.

– Пошел! – выкрикнул конвоир и снова с силой ударил ему в спину прикладом винтовки.

Кулик хотел оглянуться, но новый удар и сильный толчок в спину погнал его к открытой двери.

– Стоять! Лицом к стене! – раздалось за спиной.

Он быстро выполнил команду, хорошо понимая, что ему грозит в случае неповиновения.

– Я, генерал Кулик, – произнес он, рассчитывая, на какое-то снисхождение к нему со стороны конвойного.

– Здесь нет ни генералов, ни маршалов, ни Героев Советского союза. Ты здесь просто никто и звать тебя никак. Ты понял это?

Григорий Иванович хотел еще что-то сказать, но заметив суровое лицо конвоира, предпочел промолчать. Этот длинный узкий коридор показался Кулику бесконечным. Он шел быстро, ощущая у себя за спиной гулкие шаги конвоира. После очередной команды, он остановился и прижался лицом к стене. Дверь звякнула металлом, и сильный толчок в спину буквально занес его в небольшую темную камеру.

«Вот и все, – невольно подумал Кулик. – Похоже, отгулял казак».

Он сел на пол и уперся спиной в прохладную стенку. Он знал, что в начале января органами государственной безопасности был арестован генерал Рыбальченко, начальник штаба Приволжского военного округа.

«Как он там? – подумал про него Григорий Иванович. – Наверняка, замордовали, они это делают хорошо».