За последней чертой

Выходит не помог Григорий Иванович Павлову, раз того расстреляли, что он не смог наладить управление войсками.

Костин отложил в сторону сводку и взял в руки другую. Это была расшифровка разговора Кулика с командующим округом Гордовым. Он быстро пробежал по ней глазами и снова красным карандашом отметил в ней главное, что компрометировала Кулика.

– Нужно срочно реформировать армию, – утверждал Гордов.

Голос его звучал резко и довольно убедительно.

– Сталин не хочет этого делать, следовательно, Григорий Иванович, наша с вами задача убедить его сделать это.

– Нужно убирать из армии политработников, менять систему политического воспитания, – в такт ему вторил нетрезвым голосом Кулик. – Необходимо разделить армию и политику. Неужели, он не понимает все это.

– Но как ему все это преподнести? Мы маленькие люди и к нему доступа не имеем.

– А если через Булганина? – предложил ему Кулик.

– Не думаю, что это лучший вариант, – сделав небольшую паузу, ответил Гордов. – Нужно убедить в этом Жукова и других маршалов.

Кулик засмеялся.

– Им это зачем? Как мне кажется, им и так хорошо. Жукову сейчас любое телодвижение грозит чреватыми последствиями. Ты, слышал, что наш Константин сам ходит под мечом. Копают под него и копают вполне осознано и целенаправленно.

– Похоже, Сталин всех хочет загнать под колпак. Ведь так проще. Скажи Григорий, это тебе ничего не напоминает? А вот мне снова снится 1937 год…. Ты знаешь, я и тогда не верил в вину Тухачевского, Гомарника, Якира….

По-моему, ты тогда тоже был в расстрельных списках?

Кулик промолчал. Ему не хотелось вспоминать те страшные для него дни. Костин отложил в сторону документ и взяв в руки чистый лист бумаги, начал писать справку о результатах оперативной разработки Григория Ивановича Кулика.

***

Костин и Марков сидели в приемной, ожидая аудиенции у начальника Главного управления СМЕРШ. В помещении было так тихо, что Александр отчетливо слышал, как напольные часы, стоящие в углу кабинета отсчитывали секунду за секундой.

Сидевший за столом референт генерала просматривал документы из лежавшей на столе кожаной папки. Костин взглянул на начальника отдела. Тот сидел с закрытыми глазами, и трудно было понять, то ли дремлет он, то ли решает какую-то оперативную задачу. Часы пробили два раза. Дверь кабинета Виктора Абакумова открылась и из нее вышли три человека: генерал и два полковника.

– Проходите, – произнес референт. – Начальник СМЕРШ ждет вас.