За последней чертой

Острое жало штыка уперлось ему между лопаток.

– Отставить разговоры, – произнес боец со свинячьими глазами, а то, не посмотрим, что офицер, расстреляем прямо здесь.

«Вот настало время, когда жизнь человека перестала представлять какую-то ценность», – подумал Костин.

– Стой! Кто идет? – раздалось из-за кустов. – Пароль?

– Байкал, – произнес один из бойцов. – Это ты Евдоким?

– Я. Как гласит устав, спросить пароль я обязан.

Костин усмехнулся. Слова об уставе просто рассмешили его.

***

Младший лейтенант Руставели сидел на подножке штабного автобуса и пил чай из металлической кружки.

– Товарищ командир! – обратился к нему красноармеец с поросячьими глазами. – Вот поймали, лежал на берегу речки, похоже, загорал.

Офицер сделал глоток и отставил кружку в сторону.

– Кто ты такой? – обратился он к Костину.

– Старший оперуполномоченный Особого отдела Западного Особого округа лейтенант госбезопасности Костин.

По лицу Руставели пробежала едва заметная ухмылка.

– Скажите, Костин, что вы делали на берегу речки? – спросил он Александра.

– Мы, а вернее я и взвод бойцов разыскивали пропавшего маршала Советского Союза Кулика.

– Кого, кого?

– Маршала Советского Союза, Героя Советского Союза Кулика.

Александр видел, как затряслась рука Руставели, когда он взял в руки кружку с чаем.

– Может, вы мне скажите Костин, где ваши люди? – спросил его сотрудник Особого отдела.

– Погибли. Мы сегодня приняли бой с немецкими мотоциклистами на том берегу речки.

Руставели засмеялся. Смех его был каким-то ехидным и злым.

– Значит, все погибли, а ты Костин лишь один остался живим. Не ври, не нужно. Такого, не бывает. Ты мне лучше расскажи, с какой целью ты оказался в расположении нашего полка?

– Я же вам рассказал. Что вас не устраивает в моем рассказе!

– Все, потому что ты врешь. Впрочем, мне все равно. Завтра утром тебя расстреляют, как немецкого диверсанта.

– Ты что мелишь, младший лейтенант. Как расстреляют? Ты свяжись со штабом фронта, там любой подтвердит кто я!

– Ты не ори на меня, Костин. Нет у меня связи ни со штабом фронта, ни со штабом дивизии. Понял? Здесь я решаю, что с тобой делать, без всяких подсказок и указаний со стороны начальников.

Это утверждение повергло Костина в шок.

– Есть закон, товарищ младший лейтенант, который предусматривает проведение хоть каких-либо первоначальных мероприятий.