Страсть и бомба Лаврентия Берии

Люди подбираются по рекомендации партийных органов. Обычно из числа молодых коммунистов и комсомольцев. Как правило, с высшим образованием. Это выпускники технических и гуманитарных вузов Москвы, Ленинграда, Киева, Минска. Проходят собеседование в горкомах партии. Потом в ЦК ВКП(б). Опыта, конечно, нет. Но мы стараемся привлекать хороших практиков.

– Какие предметы ведете?

– Главное, конечно, – это языки. Если кого и исключаем, то только за неспособность освоить иностранный язык. Занятия ведут в основном носители языка – эмигранты.

– А как быт устроен? – спросил дотошный Деканозов.

– Сами видите. На уровне. Правительство выделило на обустройство школы немалые деньги – полтора миллиона рублей.

Деканозов присвистнул.

– Люди у нас неизбалованные. Выходцы из рабочих и крестьянских семей. А тут у них красивая и удобная мебель. Вокруг ковры, картины, люстры. Теплые одеяла, чистое постельное белье.

– В общем – живи не умирай, советский крестьянин! – сыронизировал Берия.

Они зашли в столовую школы, где уже расставляли на белоснежных скатертях изысканные сервизы из дворцовой посуды.

– Необычная обстановка обязывает людей, подтягивает, призывает к аккуратности, дисциплине.

– Это хорошо! – заметил нарком, судя по всему, впечатленный увиденным и, как говорится, сменивший гнев на милость и по отношению к начальнику ИНО Деканозову.

– Это хорошо, – повторил он с легким грузинским акцентом.

– Она практически уже готова. Осталось только проверить некоторые факты, – ответил тот.

– Неделю тебе еще сроку!

– Будет сделано!

– Покажи мне товар лицом! – снова обратился Лаврентий Павлович к начальнику школы. – Где люди-то?

– Все на занятиях в классах! Пройдемте ко мне в кабинет. Я вызову кого пожелаете.

Вся группа, стараясь не шуметь и не мешать учебному процессу, поднялась по лестнице на второй этаж в кабинет Шармазанашвили.

Расселись в удобных креслах. Начальник убрал лишние бумаги, лежавшие на столе, в ящик и попросил дежурного пригласить первого курсанта.

Первым зашел молодой красивый хлопец с аккуратно зачесанным набок чубом, тонкими черными бровями и маленьким ртом. Весь такой беленький и кругленький. Одетый, как все, по форме – белый верх, черный низ.