Негасимая лампада памяти

Дети они на счастье, радость только от них.

– Прослушали, – хитро усмехнулся Сашка, – кто позволит – то, Степанович?

–Это тебя не касается, кому надо тот и позволит, – ответил за старшину, командир, – а сейчас дети где?

– Старшие воюют, раньше меня ушли. Я – то задержался малость, нас вторым сроком призывали. А Наталья с младшим, в деревне при матери.

– А я вот женится, не успел. Хотели по окончанию курсов свадьбу сыграть, а тут война, – неожиданно с сожалением сказал младший лейтенант.

– Вот вернетесь с победой, весь в орденах, и такую свадьбу закатите, – поддержал его старшина.

– Вернуться сначала надо, – тихо ответил тот, – как дальше пойдем?

– Я вот что думаю командир, – ответил Петр Степанович, – до темноты чуть-чуть осталось, а в темноте нам Гремячий не перейти. Может, здесь заночуем, а с утра двинемся?

– А что это Гремячий? – спросил младший лейтенант.

– Ручей такой, версты три отсюда, издалека слышно как вода шумит, вот Гремячим и зовут.

– До деревни вашей, завтра дойдем?

–Дойдем, а чего не дойти, коль ноги есть. После полудня, как раз и будем. А там дальше по тропке к Заозерью. Дорожка натоптанная, можно всю ночь идти.

– Это хорошо, – решил командир, – тогда давайте на ночлег устраиваться. Иванов в охранение,

–приказал он Алексею.

– Пусть отдохнет, – попросил командира Степанович, – я подежурю. Мне в лесу привычней, да и не устал я так, как они.

– Вы тоже не железный, – не согласился младший лейтенант, – а кроме вас, эти места никто не знает. Первый Алексей, а сменит Санька.

Степанович нарубил еловых лап, вместе с Санькой они плотно уложили их, накрыли сверху плащ-палаткой. На эту «пушистую постель» раскинув руки, бросился Санька. Подложив руки под голову, смотря в начинающее темнеть небо, он мечтательно сказал, – Я тоже женюсь. Вот вернусь с войны и женюсь. На героя-то все девки прилипнут, выбирай, не хочу.

– А в героях ты? – спросил присевший на пеньке офицер,

– Все героями будем, – не стал жадничать тот, – только у вас жены с невестами есть, а у меня нет. Выходит все ко мне, липнуть и будут.

– Тогда конечно, – согласился старшина, опускаясь на «ложе» рядом с Санькой.

–Степанович, а красиво ты сказал, про суженную, и про то, что человек быть один не должен, – Сашка немножко сдвинулся к краю, освобождая побольше места.