Призрак-40-2242. Литературный сборник

Из – за недостроенного здания доносилось:

«Мы лежим с тобой

В маленьком гробике…»

– Студенты развлекаются, – сказала Рита. – Строй – отряд.

– Песня душевная, – усмехнулся Суздальцев. – Слова бы списать.

– Ага, – рассеяно ответила Рита. Темная ночь, призрачный свет луны и необычно молчаливая Рита породили в душе у Суздалева некое предчувствие, что – то должно произойти в этот вечер. Всякие там нападения из – за угла он отметал начисто, в привидения и всякую лесную нечисть не верил, о пришельцах с других планет, что уносят зазевавшихся граждан на предмет препарирования и изучения, в те годы вообще разговоров не велось, а до выхода на экраны будоражащего воображение фильма «Воспоминание о будущем» было ещё добрых полтора десятка лет.

И всё?таки душа лейтенанта трепетала. Было! Было в этой прогулке нечто тревожное, томительное.

Сказать, что лейтенант дожив до двадцати восьми лет, так и не познал женщины… Ну, право, не серьезно. Но в тех немногих случаях, как говорил поэт: «Была без радости любовь – разлука будет без печали».

Кажется так. Не оставляли эти встречи ни тоски в душе, ни желания встретиться ещё раз. А тут… Незнакомое трепетание души, невесть откуда нахлынувшая робость, электричество во всем теле – отдавало новизной чувств и диким напряжением мышц.

Рита всё также молча шла рядом и лейтенант уже начал испытывать неловкость от этого долгого молчания, которое неизвестно чем может закончиться. Так они вышли к реке, урчавшей на перекатах.

– Юра, – сказала Рита, внезапно обернувшись к Суздалеву, – открой меня.

– А?! – лейтенант споткнулся на ровном месте.

Он повернул её к себе и обомлел. От прежней острой на язык и находчивой Риты не осталось и следа. В ней что – то переменилось, лицо светилось любовью, покорно опущенные руки, просящий голос… У него похолодело в животе – такое случается не каждый день, пожалуй, раз в жизни.

– Я бы поел чего – нибудь, – едва не задыхаясь, произнес Суздалев. – В баках – ноль.

Рита шумно выдохнула.

– Петрович не кормит?

– Почему же? Дед наукой занят, а я только с полетов.

– Ладно, голодающий, – рассмеялась Рита, – пошли

ко мне – накормлю. Как у вас говорят. Под самую горловину?

– Да, – облегченно выдохнул лейтенант.

* * *

Уже занималась заря, когда он вернулся.

– И тудыть твою в кочерыжку! – горестно сказал дед Афанасий. – И где ж тебя черти носят? Полёты ж у тебя… Что ты со мной делаешь, а не приведи Господь что, а?..