Когда солнце уходит за горизонт…

Я полетела с ним до Парижа, а затем уж в Москву.

– Интересно. Моя дочь тоже учится на филолога. Но в Москве. Теперь о нас. Мы не добрались до главного – зачем я вам?

– Сами отвлекли. Сергей, я много лет занимаюсь темой, которая «прошла» по моей жизни, оставив тяжёлый след. Я не знаю, поняли почему зло кричала в кафе та женщина, она…

Не извинившись, я резко прервал:

– Почему не понял, понял. Двадцать лет со дня гибели корейского пассажирского самолёта, залетевшего к нам на Сахалин и Камчатку.

– Хочу написать книгу об этой трагедии.

– Извините, что я вас опять перебиваю, но за прошедшие годы столько написано правды и лжи. Зачем же опять ворошить тему? Вряд ли вы сможете поведать читателю новое, о чём никто не писал или говорил.

– Послушайте, Сергей, – Лиз стала заметно нервничать. – Или вы дадите договорить, или мы спокойно разойдёмся.

Мне стало неловко за свою несдержанность:

– Лиз, ради бога, извините. Буду молчать и внемлить.

– Что делать? – не поняла Лиз.

– Слушать. Молчать и слушать.

– Не преувеличиваете, – спокойно проговорила Лиз, и неожиданно улыбнулась. – Главное не перебивать. Пойдёт?

Я молча закивал.

– Вы правы, написано много. Даже фильмы сняли – художественный и документальные. Многие думают тема закрыта. Я так не считаю. Появились идеи, новые факты.

– Вряд ли такое заинтересует широкий круг российских читателей.

– Почему?

– Публицистика сегодня не популярный жанр.

Живой минутой назад взгляд Лиз потускнел.

– Выходит, вам не интересна моя идея?

Я покачал головой.

– Тогда извините за беспокойство. Я пойду.

Лиз встала из-за стола и медленно направилась к выходу. Стало её жалко. Человек прилетел за тысячи километров, а я обрубил на корню её идею. Внезапно Лиз остановилась, обернулась и быстро направилась к столу. Куда делся тусклый взгляд? Передо мной стояла уверенная в себе симпатичная женщина с искорками в глазах.

– Сергей, вы правы! Я сперва растерялась, но видите ненадолго.

– Отлично! Тогда присядьте и поделитесь. У вас не прошло желание со мной общаться?

– Глупости! Коли правы, значит правы. Видите, я запомнила странное слово «коли»! «Как и зачем сбили» будет в книге. Но главное – почему это могло вообще произойти?

– Ну, я думаю, это очевидно – шла «холодная война», – заметил я.

– Да, «холодная война». Расплывчатое понятие, ставшее, к сожалению, журналистским штампом.