Хроника времени Гая Мария, или Беглянка из Рима. Исторический роман

 – Откуда у тебя столько? По лупанарам шляешься, негодница? Хочешь ославить на весь Рим своего господина, будто он занимается сводничеством?

– Моя бедная мама… она собирала деньги на вицезимарный налог[302 - Вицезимарный налог – пятипроцентный (от стоимости раба) налог при совершении акта отпуска на свободу. Деньги от этого налога поступали в специальный неприкосновенный фонд – «Священную казну римского народа». Он использовался только в критической ситуации для государства (например, во время войны с Ганнибалом).], – сквозь душившие ее рыдания солгала Ювентина.

– Твоя мать была такой же дурой, как и ты! Пошла прочь с глаз моих! И приготовь свою упитанную задницу для хорошей порки!

Вскоре Аврелий приказал созвать в атрий всех рабов и рабынь.

Палач подвел трепетавшую жертву к широкой скамье, стоявшей посреди атрия.

– Вот полюбуйтесь на эту наглую девицу! – сказал Аврелий, обращаясь к присмиревшим домочадцам. – Другие трудятся в поте лица, а эта мерзавка возомнила о себе, что она лучше всех. Ну, как же! Пусть Тевта, Алкмена, Береника и все остальные отдуваются за эту недотрогу! Но я не потерплю бездельников и бездельниц в своем доме.

Двое рабов проворно совлекли с Ювентины тунику и уложили лицом вниз на скамью.

Лорарий, помахав в воздухе длинной гибкой розгой, нанес ею резкий свистящий удар.

Ювентина закричала.

Но все последующие удары она переносила без крика, только глухо стонала и хрипела, кусая губы, – не хотела радовать своего мучителя.

– Так, так ее! Пусть вопит, чтобы в самом Тартаре было слышно! – приговаривал Аврелий.

К счастью для Ювентины, истязание продолжалось недолго.

Вошедший раб-привратник подал господину табличку.

Аврелий, быстро прочитав ее, вскочил с места и заторопился к выходу, бормоча под нос ругательства: видимо, записка содержала какое-то неприятное для него известие.

– Не останавливайся, всыпь ей хорошенько! – крикнул он напоследок палачу и скрылся за дверью.

Лорарий, повинуясь приказу, успел нанести жертве еще три удара, но Береника и еще несколько женщин, не выдержав, подбежали к нему и стали его просить, чтобы он сжалился над несчастной. Все остальные единодушно поддержали женщин, обещая лорарию подтвердить перед господином, что в его отсутствие тот нанес провинившейся двадцать пять ударов.

Палач нехотя уступил.

Женщины помогли Ювентине одеться и увели к себе.