Жатва… Внутри тебя…

Еще этот охотничий лук, на который Накато потратил, не торгуясь пять золотых, а так же сотню стрел к нему с различным оперением и наконечниками, и мешочек сменных запчастей и инструментов для изготовления стрел в походе. Сперва она была против траты на оружие, но когда Накато взял этот лук в руки, она мгновенно передумала спорить. Что-то изменилось в ее муже в этот момент, словно он собрался на войну, где ему суждено умереть.

Продавец оружия сперва хотел предложить ему другой лук, благо их у него было множество, но увидев отрицание во взгляде мужчины, лишь одобрительно кивнул, только посоветовал опробовать этот вид оружия на небольшом тире за магазином.

Десять стрел легли одна рядом с другой на расстоянии в миллиметр, выпущенные за несколько секунд. От такой стрельбы у продавца и у Сеолы просто открылись рты.

– Ты когда-нибудь стрелял раньше из лука? – спросила его супруга, шокированная умениями мужа.

– сегодня первый раз взял в руки, – спокойно ответил он.

Оружейник подарил Накато еще и набор метательных ножей в благодарность за возможность видеть такого мастера и его стрельбу живьем.

Вот и лес. Парочка слезла с лошадей и тут же повалилась на пыльную землю с редкими клочками травы.

– Как же у меня все болит, милый… – жаловалась Сеола, – я буквально не чувствую ничего ниже талии…

– Думаю, завтра нам будет тяжело влезть опять в седло, – растирая ноги и ягодицы, сказал Накато.

Спустя десять минут мужчина ушел собирать хворост для костра, а девушка осталась ставить лагерь.

Еще через двадцать минут они сидели возле весело трещавшего горящими сучьями огня и ждали, пока сварится их ужин. Скарги спокойно паслись неподалеку.

– А не нужно их привязать? – спросил Накато, – вдруг они убегут.

– Не волнуйся, глупенький, скарги никогда не уходят от людей, это одна из их отличительных черт, – пояснила девушка, – более того они часто оберегают и защищают своего хозяина, если тот с ними хорошо обращается, конечно.

– А мы хорошо с ними обращаемся?

– Лучше всех, милый, – нежно ответила Сеола, – ужин готов, приятного аппетита.

– Спасибо, и тебе, – сказал Накато, беря из рук девушки миску с ароматной похлебкой.

«И как она умудряется из всего делать такое… вкусное…?», -думал мужчина, уплетая нехитрую еду.

Девушка ела не спеша и сосредоточенно. Она о чем-то думала, но никак не решалась заговорить об этом.