Так уж бывает

– Ну, ладно, молодец! – похвалил Монзиков матроса, взял из рук другого свою дорожную сумку и неторопливо направился в тень здоровенного платана, где красовалась старая, полусгнившая, грязная скамейка.

– Разрешите идти? – уже в спину адресовал свой вопрос капитан-лейтенант.

Ответа не последовало. Через десять минут Александр Васильевич Монзиков стоял посреди привокзальной площади города-героя Севастополя, с липкими от мороженного руками, весь потный, с каким-то беспокойством глядевший на здоровенную надпись на крыше здания железнодорожного вокзала города-героя Севастополя.

Итак, Александр Васильевич шел по городу в джинсовом костюме, безобразно висевшем на его усталом теле, ел очередное мороженное и пытался разрешить непростой для себя вопрос: Что делать дальше? Идти ему, собственно говоря, было некуда. Узнав, что в кармане его новой безразмерной куртки находятся только ключи от чужой квартиры, да какая-то мелочь, Монзиков попытался выработать план своих первоочередных действий.

Уже через 40 минут Александр Васильевич позвонил в дверь своей квартиры, точнее сказать, квартиры Сусликова. Однако на звонок никто не отреагировал. Достав из кармана ключи, Монзиков обнаружил, что ни один из них не подходит хотя бы к одному из двух замков. Его вдруг пронзила оригинальная мысль, что это – ключи не от этой квартиры.

С третьего этажа спускался соседский мальчик, который обратил внимание на дяденьку, ковырявшегося большим ригельным ключом во французском замке.

– Дяденька! А у Вас ключи, наверное, от гаража дяди Славы? – мальчугану на вид было лет шесть, хотя соображал он на порядок шустрее и качественнее Александра Васильевича.

– А ты, это, не знаешь, где гараж Славика? А то я чего-то не пойму, как оно того! Понимаешь мою мысль, а? – Монзиков по-доброму подмигнул пацану и достал ластик жвачки из правого кармана своих джинсов.

Как только Монзиков развернул жвачку, так мальчишка решил, что его сейчас угостят.

– А гараж совсем рядом. Хотите, я покажу где…

Но закончить фразу он не успел, т. к. адвокат Монзиков на глазах у мальца сунул пластинку в рот, смачно разжевал жвачку и теперь тужился выбрать место, куда бы ему бросить фантик от резинки. Увидев удивление и разочарование на лице ребенка, Монзиков протянул скомканный фантик мальчугану и сказал: «Ну, давай, пошли!»

Мальчишка стоял как вкопанный. Обида его переполняла скорее больше, чем любопытство.