Лето вёльвы

Но пусть так. Стесняться и прятать свои силы я не намерен. А кому завидно, тот пусть подойдёт ко мне и сам об этом скажет. И в тебе никакого изъяна от моего ведовства нет. Вот тебе в том моё слово. Наоборот – ты обладаешь редким даром чувствовать окружающий мир целостным и ярким. Помни это и цени свой дар, Снежа. Ну а если ещё кто полезет, то разрешаю треснуть наглеца повторно, да так, чтобы шары повылазили. Или мне скажи. Тогда у него не только сверху, но и ещё откуда-нибудь что-нибудь повылазит.

Девочка захихикала, красочно представляя себе эту картину.

Она внимательно посмотрела на деда и с надеждой спросила:

– Ты не сердишься?

– Да на что же мне сердиться прикажешь, маленькая вёльва? – наигранно возмутился он. – На то, что моя внучка дала сдачи дуракам? Так молодец. Хвалю. Понадобиться ещё – смело давай добавки. Или на то, что защищалась? Коли нападают – защищайся всеми доступными способами. Или на то, что не позволила себя обижать и унижать? И здорово, что не позволила, а смогла отстоять себя.

Ну а что до чумазого вида, порванного платья и синяков, то это ерунда. Со временем научишься работать чище. До опустошения себя довела – вот это скверно. Но тоже поправимо. Научишься и контролю.

Снежана улыбнулась ещё шире. Волимир мазнул кончиком указательного пальца по маленькому тонкому носику и мягко скомандовал:

– А теперь в душ. Отмойся до конца и приведи себя в порядок. А я принесу новую одежду. Маленькая вёльва может поиграть в замарашку, если хочет, но ей больше к лицу блеск и красота.

Девочка согласно кивнула и соскочила с колен деда.

***

Снежана тряхнула головой, и по плечам густой волной рассыпались мокрые льняные пряди. Свежая футболка быстро намокла, впитывая влагу с волос. Неприятный холодок пробежался по коже. Девочка поморщилась. Прикосновение влажной ткани вызывало у неё чувство бесцветной тяжёлой липкости. Но фен она не любила ещё больше.

На кухне деда не оказалось. Снежана налила себе стакан простой воды, привычно полуприкрыв глаза, чтобы струящаяся прозрачная жидкость и блики света не заворожили её.

Напившись, она различила тихие звуки, доносившиеся с крыльца. Ей стало любопытно.

– Вы понимаете, что ваша сумасшедшая чуть не покалечила нескольких детей?! – сдавленным, но от того не менее громким голосом возмущалась полная женщина.

Видимо для особой убедительности, она вертела руками, больше смахивавшими на свиные окорока, и пучила глаза на зависть всем окрестным жабам.