Страдания среднего возраста

На чёрном бархате переливаясь гранями в блеске оправы из мелких бриллиантов светился загадочным мягким светом крупный рубиновый кулон в форме капли на золотой цепочке.

– Я не могу, – выразила я свой восторг стоном отказа.

– А я не могу принять ваше «не могу», – отрезал Тарик, – примерьте! Пусть это будет мой подарок на ваш испорченный день рождения.

Метнув благодарный взгляд на излишне болтливую подругу, я застегнула цепочку с подвеской на шее. Своё отражение я увидела в глазах Викуси и тролля и немного погордилась, и порадовалась за себя.

– Но я, правда, не могу принять такой подарок, Тарик, – взмолилась я.

– Ангел мой, не обижайте меня. Вам очень идёт. Подходит к помаде.

Викуся хмыкнула. Я поняла намёк и, хлопнув бюстом о столик, дотянулась и прикоснулась губами к его щеке. Хм, а чисто выбритый, он был мягким и тёплым, и приятно пах тонким мужским парфюмом. Какие там нотки?

– Спасибо, Тарик! Право, не стоило.

– Вы стоите всех сокровищ мира, мой ангел, и потому бесценны.

– За дружбу, – за двоих отозвалась Викуся.

Мы выпили кофе и переглянулись. Я нахмурилась, уловив что-то этакое. Эти двое явно плели за моей спиной интриги.

– Нам пора на работу, – сказал я и встала.

– Виктория, удачи, – попрощался тролль с Викусей.

Короткова быстренько убралась на улицу.

– Дорогая, мы не могли бы с вами поговорить? – обратился тролль ко мне.

– Нам пора на работу.

– Ангел мой, такая женщина, как вы, не должна работать! Именно это я хотел вам сказать.

– Э, Тарик, кажется вы не совсем…

– Я совсем, ангел мой! Я уже точно совсем! Поедем, а?! – и он ухватился за мою руку своими двумя волосатыми лапами.

Вот чёрт! Я ушам и глазам не поверила.

– Спятил? – грубовато спросила я, уже точно понимая, что спятил.

– Ангел мой!

– Значит так, – я ловко отцепила и сняла с шеи кулончик, – чтобы в диаметре ста километров мне не попадался, а то я тебе такого ангела покажу, что дьявол милее станет! Не прикасайся ко мне!

Отодвинув свой стул так, что соседние посыпались, я выскочила на улицу и гордым крейсером пронеслась мимо Викуси сквозь толпу в торговый центр.

Вскоре туда припёрся его охранник и молча положил мне на кассу чёрную бархатную коробочку, развернулся и ушёл. Он ушёл, коробочка осталась, и я через какое-то время убрала её от греха к себе в сумочку, пока Ленуся не увидела.

На Викусю я не смотрела, лишние разговоры пресекла.